Один

– Что именно? – Ее обращенный на меня взгляд выражал недоумение, но я-то слишком хорошо ее знал, чтобы купиться на эту фальшивую искренность.

– Ты все отлично понимаешь!

Дверь вздрогнула от очередного мощного удара, шкаф отъехал сразу на пару сантиметров – в открывшуюся щель тут же сунулись пальцы. Мы с Катей поднажали.

– Ты хороший мальчик, Боря. А я плохая девчонка.

– Что за чушь?!

– Плохим девочкам нужны деньги. А у хороших мальчиков денег не бывает.

Защемленные пальцы наконец-то убрались. На стенку опрокинутого шкафа передо мной упал серый ноготь с куском кожи и мяса.

– Значит, дело только в деньгах? – пропыхтел я, стараясь не смотреть на мерзкий ошметок.

– Не только…

Павлик словно взбесился, замолотил в дверь так, что казалось, будто в туалете не один зомби, а трое.

– Ты неудачник, Брюс, – припечатала Катя, и я едва не отпустил шкаф. – Ты достиг своего предела и больше не пытаешься куда-то расти. Тебя все устраивает. Тебя. Но не меня. Я давно должна была тебя бросить.

Но чего-то ждала… Извини, что получилось вот так…

– А как же… – Я замялся. – Чувства… Симпатия. Любовь… Или не было ничего?

– Ну почему же? – Она отвернулась. – Только это уже неважно.

– Почему?! – закричал я. – Что может быть важней этого?!

– Будущее, – помолчав, сказала Катя. – У тебя нет будущего. У тебя есть только бесконечное настоящее.

Позади раздались выстрелы – Димка разбирался с калекой Семенычем.

– Значит, ты решила, что у Минтая будущее есть? И чем он лучше меня?

Катя оглянулась, нервно закусив губу и хмуря лобик.

Я хорошо знал эту гримаску, я все их успел выучить за время нашего знакомства – эта называлась: «У меня есть одна тайна, я не уверена, что могу ее тебе рассказать, но мне очень хочется».

– У Миши, – Катя понизила голос, – есть шесть миллионов. Мне, в общем-то, плевать на деньги, тем более что это не такая уж и большая сумма. Но для меня эти шесть миллионов показатель того, что мой Миша – человек с будущим. А ты, извини, – лузер.

Я выпрямился, отпустив шкаф, ничуть уже не боясь беснующегося в туалете зомби.

Мне даже захотелось выпустить его сейчас в коридор – пусть-ка все поглядят, какое у них тут будущее.

– О чем мило беседуете? – Меня пихнули в правый бок. Чьи-то руки, испачканные бурой слизью, придержали начавший отползать шкаф. Я повернулся и не сразу узнал Димку – так он был перемазан.

– Семеныч готов, – доложился Димка. – Две пули в висок, две пули в глаз и ювелирная работа молотком.