Азиэль. Во Тьму

Подгорный народ был не из робкого десятка, но градом летящие сверху камни вкупе с огнём, а также рёв невиданного врага заставили ужаснуться сегодня далеко не одного гнома. Даже бесстрашные орки не кинулись на врага с таким привычным для них безрассудством, ожидая приказа своего вождя.

Окинув их взглядом, мастер Хейден покачал головой, и провозгласил лишь одно: "Да будет Тьма!". В мгновение ока почернел сам воздух, запахло смертью, а ветер доносил нечеловеческие возгласы и стоны. За спиной великого тёмного мага разверзлась пропасть, откуда в ту же секунду вылетели десятки призрачных воителей.

Сам он стоял, держа в руках посох, сотканный из самой тьмы, он улыбался, предвкушая славный бой. Из его спины торчали окостенелые крылья, как в тот день, когда на арене он убил Фаджета Бесстрашного.

Гуннар Разрушитель и Хейден вдохновили своим величием и орков, и гномов. Йордану не пришлось отдавать команд – каждый гном бывал далеко не в одном бою, и он прекрасно знал своё место в их небольшом отряде. Главная задача – защитить друг друга.

А вот орда предпочитала нападение, их громоподобный рёв было слышно на всю округу. Битва началась.

Глава 2

– Ты посмотри, живой ещё, скотина, – услышал я до боли знакомый голос.

– А, папаня, всё такой же доставучий мёртвый призрак, – не открывая глаз, ответил я ему. – Давненько я тебя не слышал.

– Когда же ты уже сдохнешь, а? У меня целая вечность на ожидание, но всё же. Мы тебя уже заждались здесь, хе-кхе, – прокряхтел тот, кто при жизни был мне отцом.

Я открыл глаза. Как и всегда, я стоял в тёмном пространстве, а передо мной был он. Удивительно, но он сидел в кресле. Всё такой же разорванный гниющий труп, уже без крыс, но что-то в нём изменилось. И если я был прав, то он сейчас улыбался.

– Я обзавёлся здесь друзьями. То, что ты сделал с Балифом и его сыном, несомненно, привлекло внимание к твоей персоне, выродок, – мерзким голосом сказал он. – Ты даже не представляешь, что тебя ждёт!

В пространстве добавилось света.

За спиной моего гниющего отца я увидел сотни или даже тысячи силуэтов. Мне казалось, что в чертах каждого из них угадываются знакомые мне лица, но это не вызывало ужаса, как в прошлые разы. Скорее раздражение.

– Может быть, ты уже придумаешь что-то новое? – вздохнув, спросил его я. – С чего ты взял, что я боюсь тебя или твоих новых, как ты говоришь, друзей? С чего ты взял, что я вообще попаду туда же, куда отправил всех вас?

– О, я об этом позаботился.