Азиэль

А потом их разбили. Да ещё глаза он лишился.

Етить-колотить, да он же о Глазастом говорит!!! Представляю, какая у меня рожа была, даже челюсть отвисла. Но старик совсем не обращал на меня внимания, и продолжал дальше говорить, как ни в чём ни бывало:

– Потом он ко мне пришёл, вспомнил он, откуда у него корни растут. А раньше, ещё до того, как он к бароном ушёл, такой мальчишка славный был. Эх… – тяжело вздохнул старик.

– И чего ж это его воевать-то потянуло? А кем ты был раньше, а, Борода? – тут меня начали посещать интересные мыслишки…

– А, что? – не расслышал, или сделал вид что не расслышал он.

– Был ты кем, говорю!? – громче спросил я, хотя был уверен, что он все и в первый раз услышал.

– А, да что я, я был простым бандитом с дороги… – нехотя ответил он.

– А-а-а, ну конечно, батя у него всего лишь бандит с дороги, который ещё удивляется потом, что сынок весь в отца пошёл! – съязвил я. – И как долго ты был разбойником?

– Ну как, сколько себя помню.

Чуток подросли с местными ребятишками, да пошли на дорогу, кого по дороге встретим, того и грабим. “Кошелёк или жизнь” – вот так вот мы всегда говорили, – по его лицу растеклась тёплая улыбка.

– Так вот откуда у тебя столько рассказов было про разбойничью жизнь. Ты про себя рассказывал! – мои догадки оказались верны! – Но как тебе удалось дожить до старости лет? И кто те другие местные ребятишки? Может я знаю кого или померли все?

– Померли.

Давно померли. И местные они для меня, а не тебя. Я же не в Лесной родился, а далеко-далеко отсюда, в Хадане, – он даже прищурился, как будто смотрит далеко вдаль.

– Хадан? Никогда не слышал об этой стране. А где это? – поинтересовался я.

– А о многих ли ты странах вообще слышал в этой богом забытой деревне? Хадан граничит с Салодоном, раньше это была одна великая страна, но потом гражданская война расколола её.

Последние пару столетий они живут в мире, но все же это две разные страны. И ни в одну из них я бы советовал тебе никогда не соваться, – старик говорил на полном серьёзе.

– Это почему же? – тут же спросил я.

– Там живёт суровый народ. Это у вас здесь плодородные земли, леса, реки и множество озёр. А у нас там, особенно в Хадане, одна лишь пустыня, не мёртвые земли конечно, но люди борются каждый день за свою жизнь.