Красная река, зеленый дракон

Человек в черных перчатках замолчал. Посылка была распакована. По крайнем мере, та часть, что была повернута к темноте, к противоположному от Паши краю стола.

– Я не понимаю, вас всех что – так привлекает центральный пункт сбора в Гатчине? – Голос говорившего стал тише.

– Вы что…

– Нет, Павел, в 154-й мы тебя не отдадим. Мы все, как я и сказал, очень нуждаемся именно здесь в тех, кто будет присматривать. Зимогоры… Смотри, что ты в своей посылке привез. Как думаешь, можно было такое в поселок привозить?

Руки одним быстрым движением развернули коробку распакованной стороной к Паше и опустились ладонями на стол, замерли.

В коробке была человеческая голова. Закрытые глаза, бледная кожа, коротко стриженые взъерошенные волосы. Небольшой шрам на подбородке, слева – след от осколка кирпича, отлетевшего, когда мальчишки кидали камни с гаражей за детским садом, в пятом классе, и один случайно срикошетил о большой валун. Паша узнал свое лицо. В коробке лежала его отрезанная голова.

– Вы чего… – Паша снова попытался встать со стула.

 – Вы чего тут вообще?

Ответа не было. Зато за спиной послышался какой-то звук. Значит, точно какие-то неадекваты. Сейчас точно что-то еще скажут. Может быть, денег хотят, но какие деньги у курьера-то? Да, сейчас заговорят, сейчас…

Однако, никто не заговорил. Не зашевелились и руки в черных блестящих перчатках. Тот, кто только что разговаривал с Пашей, кто повернул к нему лицом отрезанную голову (может быть, она просто очень похожа на его, может быть, это все вообще какая-то резиновая маска, как говорили – «элемент психологического давления»…хотя, на что давить-то, зачем…) молчал.

Время шло. И ничего не менялось. Паша мог только изредка напрягать мышцы, силясь хотя бы немного ослабить дававшую на запястья синюю ленту. Звуков за спиной тоже было не слышно. Возможно, напарник беседовавшего куда-то ушел. Может, там у них вторая дверь. Наверное, нужно хотя бы попробовать снова подняться, попытаться уйти. Если это вообще не полиция, а какие-то бандиты местные, или вербуют куда-то. Что за «зимогоры»? Бред, конечно, ну а вдруг?

Паша выгнул шею, напрягся всем телом. И в ту же секунду ощутил, как что-то полоснуло по горлу. Пролетело, как легкое перо, едва задев кожу. Словно лист, или птичье перо. Следом за этим пришла слабость, боль под самыми скулами, холод и мутная, густая темнота. Потемнело в глазах как-то чересчур быстро, свет лампы стал угасать. Паша попытался сделать вдох, но у него не получилось.