Принцесса выходит в свет

– Прощения просите, милая?! – Часлер хотел прозвучать снисходительно, но вышло просто противно.

– Именно, – сказала принцесса так холодно и жестко, что герцог остановился.

– Вы молили о помощи… – не очень уверенно сказал он.

– Я и сейчас о ней прошу, – принцесса слегка согрела голос и хлопнула себя по шее в тщетной борьбе с мошками. – Мне нужно задать вам несколько вопросов и получить на них честный ответ. Понимаете?

– Что это вдруг?

Не понимает.

– Скажите мне, герцог, вы показывали ее высочеству Хемнель Мельхийской механическую тумбу в ваших покоях?

Герцог оскалился.

– Что это еще за вопрос?

– И когда она посмотрела вниз, пытались ли вы ее придержать за грудь?

Герцог облизал губы в густеющих сумерках, заложил большие пальцы рук за пояс и лениво сделал пару шагов к принцессе.

– Значит, так, Ваше Высочество, – сказал он без тени вежливости, – мне как бы очень жаль, что Хемнель умерла, но то, что происходит в моих покоях, не твое дело.

– Оно стало моим, – принцесса дунула себе в нос, чтобы отогнать мошку, – с того момента, как ее убили.

– Убили? – Часлер тоже дунул себе в нос. – Что за бред?

– Помогите мне, герцог. Я очень вас прошу! – принцесса старалась звучать уважительно. – Вы же внимательно читали мою записку? Я написала, что готова на все!

Часлер вдруг хохотнул.

– Ишь, как заговорила! – сказал он и вдруг надвинулся на нее, схватил правой рукой за шею и припечатал спиной к высокому зубцу парапета. – Мне плевать, на что ты там готова.

То, что она потеряет возможность говорить, в планы принцессы не входило. Она вцепилась двумя руками ему в запястье и попыталась оттянуть его от горла.

– Может, коленом? – спросили ноги.

– Лучше тебе угомониться и засунуть язык поглубже, – герцог притиснул ее к стене сильнее. – Иначе в замке может произойти еще один несчастный случай! Ясно?

Принцесса подвигала головой сверху-вниз, насколько позволяла его хватка, постучав подбородком по его руке.

– Так-то лучше, – сказал Часлер и оперся ладонью о стену рядом со щекой принцессы. – Ты мне еще за подсвечник должна. Чуть печень не выбила!

– Я ниже целилась, – принцесса раздраженно потерла шею.

– Что? – хрюкнул герцог. – Думаешь, ты самая остроумная?

– Думаю, что ты не знаешь, как зовут твоих слуг.

– Что?

– Можно! – сказала принцесса громко.