Вверх по стечению. Утопический роман

Последняя фраза требовала осмысления.

– Ох, валить надо… Я бы вот уже. Только некуда.

– Да ерунда все это отслеживание. Это просто хотят отвлечь народ. Чтобы не замечали, как тонем тут…

Много было и экспрессивных высказываний эмоционального характера, которые я приводить здесь не буду по соображениям эстетического характера. Анатолий Антонович, который к этой экспрессии был вполне привычен, думал о том, что мужики правы все одновременно. По его собственным сведениям от доверенных людей из мэрии, все так и было: там и отвлечь народ хотели, и проследить, а главное – запугать самых ретивых.

Если кто сфотографировал что-то порочащее городскую управу – сразу можно узнать, кто в этом месте в это время был. За всеми подряд гоняться, конечно, не будут, но самых активных прижмут.

– А я не стану. Вот не стану и все! – доносилось из-под окна.

– Дурак, ты. Написано же – до середины лета все должны. А потом любой патруль, если ты на сканер не отвечаешь, может тебя повязать. И тогда уже спрашивать не будут.

Лучше уж самому.

– А я думаю, если голландцы изобрели, может и неплохо. Зато можно будет за благоверной присмотреть.

– Не забудь только, что и она за тобой присмотрит.

Засмеялись.

Анатолий Антонович подошел к окну и прижал откинутую створку стеклопакета к раме. Стало тихо. Он подумал, повернул ручку в другую сторону и, отведя створку в сторону, сказал вниз:

– Народ, хватит галдеть. Работу не отменял никто.

Мужики покивали, побросали окурки, пошли кто куда. Один задержался.

– Слышь, Анатольтоныч, меня брусом загрузили на дальний километр.

Да я как-то опасаюсь туда машину гнать.

– С чего вдруг?

– Пойдем, покажу.

– Некогда мне, Василич, бумаги ждут…

– Пойдем-пойдем. Там не просто так. Сам рассудишь…

Анатолий Антонович закрыл окно, вышел из кабинета и спустился по узкой лестнице. Василич повел его через всю базу мимо навеса над штабелями бревен и эстакады бетонного заводика, мимо жестяного ангара, где работала пилорама и хранилась обрезная доска, брус и покупная фанера, мимо огромной кучи песка, до самых ворот, выходивших на реку.

Сразу за воротами большой участок берега был превращен в причальную стенку – частокол из мощных вбитых в дно бревен. К ней обычно подходили речные баржи с песком, лесом, фасованным цементом и прочими полезными в строительстве вещами.

– Гляди, чего…

Анатолий глянул. Стенка из бревен едва возвышалась над землей, уровень же воды с другой ее стороны был значительно ниже. Обычно был.