Улеум

Клиенты оценят!

– Понятно, – всё так же бесцветно протягивает Лера. Её безразличие неприятно.

Впрочем, чего ожидать от стажёра? Она со своим нулевым опытом не в силах оценить всего титанического объема проделанной Андреем мыслительной работы. Тем более не узреть ей всей сложности и утончённости Андреева кода. Святая простота. Зачем он только с ней заговорил? С чего решил, что он ей вообще интересен и с какой это стати она стала интересна ему? Солнце снова скрывается за тучами, минутное наваждение тает как дым, лишь тихая грусть медленно испаряется на поверхности души, никак не желая окончательно исчезнуть.

– Ну да, тебе не понять, – без злости, но как-то обречённо произносит Андрей.

Никому не понять. В целом мире он опять один. Один против всех этих мельниц.

– Куда уж мне, – отвечает Лера. – Это Вы у нас тут гений. А мы пыль на Ваших ботинках. Ничего, что я тут стою рядом с Вами, курю на Вас, Ваше Высокомерие?

– Курить вредно, – не уловив сарказма, задумчиво отвечает Андрей.

Его мысли, охлаждённые Лериным безразличием, уже вернулись к работе, к плану на сегодняшний день. Так ему всегда было легче – задушить эротический порыв работой, направить пугающую хаотичную энергию чувств в практическое осознанное русло. Сегодня ему предстоит убить собственное дитя, что может сравниться с этим? Все посторонние мысли не имеют права сейчас засорять рассудок. Идеальная программа должна превратиться в урода, а этого не так просто добиться, как может показаться.

Андрей хорошо видит конечный результат, но пока не знает, с чего начать. Тут важно всё как следует заранее продумать, чтобы не погрязнуть потом в секвенции лишних действий. Нельзя полагаться на удачу, хороший финиш зависит от хорошего старта.

– Ты отличный собеседник, – с упреком произносит Лера, выдувая дым. Она тушит окурок о стену, выкидывает его в урну и, собираясь уходить, добавляет: – Тебя в офисе называют «Блаженный».

На Руси так именовали калек и умственно отсталых. Парень ты вроде симпатичный и вроде не дурак, просто ведешь себя, как единственный святой среди грешников.

– Святой? Прости, но я воспринимаю это слово как пейоратив, – всё также задумчиво отвечает Андрей.

– В твоём случае так оно и есть, – бросает Лера и исчезает в дверном проеме.

Андрея вдруг посещает странное чувство: словно бы только что произошло нечто из ряда вон выходящее.