Охота на гончую

– Пригодится, – объяснял непонятливым Ульрик. – Скоро к нам придет столько народу, что и птахе некуда будет гадить, кроме как на головы.

Хотелось верить и даже надеяться. Так или иначе, работа на полный износ отвлекла Николая от перспективной идеи – сжечь себя, вурдалака и каннибала проклятого, заживо.

* * *

Люди и в самом деле прибывали. День за днем, поодиночке и целыми толпами. Многие в знак верности Риму несли трофеи – головы и прочие органы вожаков мелких банд, что сами не успокоились после казни Сара.

Николай с трудом понимал, как победа горстки легионеров могла встряхнуть, поднять на дыбы целый край. Но гордости не испытывал – в душе было холодно и темно, как в могиле. И так же глухо – выхода из ловушки, в которую Николай загнал сам себя, не предвиделось.

– Рыба с низовьев – крупная, жирная, свежая! Всю бери, дешево, не пожалеешь!

Настырный купец рисковал в тот миг получить не только желанную прибыль. Но Николай заставил себя сдержаться – у человека свой интерес, да и Ульрику помочь надо.

Снабжение войска, если все делать по совести и уму, испокон веков было трудной задачей. Говорили же в свое время родители: «Поступай на экономический!» А впрочем, когда меняешь разнообразное барахло с трупов на еду, лес и скобяное железо, опыт бухгалтера или финансиста необходим, как корове конский доспех. Лучше всех в подобных делах разбирался Осия, но тот безнадежно застрял в другом конце лагеря, громко бранясь с продавцами овощей и зерна. Стоило только всерьез закрепиться на берегу, как от торговцев не стало отбоя. А значит, жизнь продолжалась – несмотря ни на что.

Высокий человек в пестрой, расшитой странным узором накидке из козьей шкуры молча ждал, когда Николай завершит торг. А после шагнул к нему, все еще не проронив ни слова. Со стороны его можно было принять за бродячего предсказателя, что за плату гадает воинам о судьбе и смерти. В свое время и Николай зарабатывал тем же. Быть может, потому и не сразу понял, кто на самом деле стоит перед ним. Ведь лицо у гостя было иным, чем тогда, под стенами цитадели Агнца.

– Ты позабыл кое-что, – знакомый голос, похожий на клекот птицы…

В ладонь Николая, будто сам собой, появившись из ниоткуда, лег монашеский нож, казалось бы, навсегда утерянный.

– Есть вещи, которые просто так не исчезнут, – ответил гость на немой вопрос. – Слишком многое вобрали они в себя. Вспомни, где уцелел, что выдержал этот кусок металла.

Странно, но даже такого объяснения было достаточно.