Записки старого хрыча(зачеркнуто) врача

Раздается телефонный звонок – звонит моя подопечная, художница Валя, та самая, отличившаяся тем, что не только видела страшную народную галлюцинацию – Черного человека, но и умудрилась нарисовать его «фоторобот». Кроме того, она еще стала писать стихи – это случилось с ней после того, как в машине ее сына совершенно случайно нашли наркотики.

Поищите, может, и у вас где-то они завалялись – обычное дело!

Валя не только рисует, она теперь еще пишет стихи и читает их мне – нараспев.

Сын моя,

Мне скучно без твоя.

На этот раз Вале, как всегда, нужна какая-то справка – основной вид моего лечения. Стыд на вороту у поэтессы и художницы не виснет, ее выгоняешь в дверь – она лезет вслед за тобой в туалет. Буквально.

Телефонная беседа длится с перерывами минут двадцать, мне звонят Валина дочь, Валина «свекровка» и прочая родня. Все просят писать в тюрьму, чтобы сына освободили, так у его мамы от этого «нервы», и основной аргумент – «мне очень надо, а вы говорите “нельзя”».

С трудом закончив разговор с Валей, я возвращаюсь к старичку и его сопровождающему.

–

Ты чего, – говорит мне бывший доктор (мы ровесники, давно знакомы и поэтому на ты), – зачем так сердиться, ты ж просто на работе, надо ко всему относиться легче!

–

Сейчас я тебе всё объясню, – отвечаю я.

–

почти задаром – получила машину, сын оформлен у нее шо-

фером…

Во время моего монолога лицо Миши заметно багровеет, по лбу начинают тянуться тучи…

–

Смотри, ты сам злишься!! – почти в восторге закричал я.

–

Ё… твою мать, что ей еще надо? – стукнул Миша кулаком по столу.

–

Нет, ей надо, чтобы я написал в тюрьму, где сидит ее сын, о том, что ей плохо без него и от этого ее психическое состояние ухудшилось, – чтобы его пораньше отпустили.

Кстати, Валя долго говорила мне о «сердце матери», имея в виду свое сердце.

Мне кажется, что сама по себе Валина идея неплоха, обычно в матери много внутренностей – печень матери, например.

Или почки.