Насельники с Вороньей реки

Ну то есть ему кажется, что их там много, но основной план при этом у него всего один – как можно меньше работая, получить как можно больше денег и уехать из этих краёв обратно на Кубань. Толковый план, что и говорить. И у многих получалось. Только вот если он на ком и заработает, то это точно буду не я. Но Чохову знать об этом пока незачем.

Разговор постепенно съезжает на медведей. Медведи в этих краях – такая же тема, как для английских джентльменов погода в Лондоне, то есть совершенно нейтральная и в то же время касающаяся каждого здешнего обитателя.

«Скажите, сэр, сегодня туман, кажется, можно просто резать ножом, не правда ли? Да что вы говорите, сэр, на прошлой неделе мой дворецкий отламывал от него ломти и подавал вместе с портвейном к завтраку…»

– Здоровый у тебя зверь лазает наверху, – хмыкаю я. – Килограммов на 400, не меньше. Когда прибьёшь?

Чохов снова хитро щурится:

– Мне его прибивать незачем. Шкур этих и так девать некуда. Покупателей на них нет. А он у меня там территорию держит, других медведей не пускает – мелких и пакостных.

Хозяин! Ну, если твои иностранцы прилетят, я его, так и быть, дам стрельнуть. Тыщ за пять баксов.

Я киваю. Давно заметил, что у людей, живущих на отшибе и в изоляции, в голове начинают крутиться какие-то совершенно несуразные цены. Вот и сейчас я услышал ещё одну такую.

– Ну ты там поторопись со своими охотниками, – вдруг доверительно говорит Сергей. – Может быть, все эти твои планы накроются в ближайшее время. Сделают здесь заповедник, и не будет нам никакой охоты.

Ни тебе, ни мне. А на севере вообще – нефть ищут.

Нефть. Надежда и проклятие Севера. Несколько десятков человек становятся миллионерами, остальные – теряют всё.

– А что, есть такие планы – про заповедник? Нефть-то отсюда далеко, – равнодушно бросаю я. – Что-то я не слыхал ни про какие заповедники в этих краях. Да и вообще, от плана учредить заповедник до самого учреждения десятки лет проходят. Это я как специалист утверждаю.

– Ну ты как хочешь.

В прошлом году здесь проходил парень из экспедиции. Так вот он как раз про заповедник мне и говорил.

– Да? – невинно интересуюсь я. – Проезжал или проходил?

– Ну если он и проезжал, то точно не на лодке. Здесь он был пешком, и у меня впечатление, что он вообще пёхом брёл.

– То есть экспедиция какая-то работала, – заключаю я.

Значит, брёл пешком. Держу пари, что в куртке Patagonia и брюках Columbia.

В любом случае у них база какая-то должна была быть.