Еретическое путешествие к точке невозврата

Такие люди время от времени появляются в любых странах во все времена, но обычно их полагают блаженными и либо убивают, либо просто не обращают на них внимания. А тут вышло наоборот. Дударь говорил так, что послушать его проповеди приходили со всей Франконии. Вюрцбургский епископ спохватился, но слишком поздно, проповеди Ганса Дударя слышали многие, недопустимо многие, я бы сказал. Конечно, пастуха схватили, пытали и сожгли на костре как еретика, но вот с его проповедями уже ничего нельзя было сделать, их шёпотом пересказывали и даже печатали тайком, печатают и до сих пор.

А про «Заговор Башмака», осмелюсь спросить, господин барон тоже не слышал?

– Скажи-ка мне, любезный Иегуда, – прищурился Вольфгер, – а может, ты никакой не купец, а хитрый прознатчик? Уж больно много ты знаешь.

– Ой-ой-ой! – закатил глаза купец и рассмеялся. – Ну какой из бедного купца прознатчик? Ваша милость мне льстит. Впрочем, вы правы. Старый Иегуда – прознатчик, только совсем чуть-чуть. Я ведь купец, а не приказчик. Чем рискует приказчик? Да ничем.

А я, отправляясь в очередную поездку, рискую не только деньгами и товаром, но и своей головой. Так что…

– Ты говорил о каком-то «Башмаке», – напомнил Вольфгер.

– Воистину удивительно, что вы не слышали о нём, потому что «Заговор Башмака», как блуждающий нарыв, уже давно набухает то в одном курфюршестве, то в другом. Стоптанный крестьянский башмак – символ тайного общества, готовящего бунт против господ. Правда, ещё ни разу бунт не удавался – иногда заговорщиков выдавали предатели, а иногда крестьяне не могли сойтись друг с другом и кто-то переходил на сторону властей.

Каждый раз дело кончалось пытками, кострами и казнями, и господа думали, что с «Башмаком» покончено навсегда, но он возникал снова и снова. Во многих вещах ваши князья наивны, как дети, простите меня, господин барон, за дерзкие слова.

– Не извиняйся, – поморщился Вольфгер, – здесь нет посторонних ушей, говори, как привык. А то, что наш император не блещет умом, я знаю и без тебя, чего ещё ждать от сына Хуаны Безумной[14 - Т.

е. от Карла V Габсбурга, императора Священной Римской империи. Его мать, Хуана Безумная, после смерти мужа потеряла рассудок и несколько лет не позволяла захоронить его тело, кладя труп в супружескую постель.]?

– Благодарю вас, господин барон, – кивнул Иегуда бен Цви, – в таком случае, я продолжу. – Он заглянул на дно бокала и Вольфгер указал на кувшин:

– Наливай себе сам.

– Спасибо… Итак, на чем мы остановились? А, ну да.