Согрецу. Хроники багрового рассвета

Посреди просторной долины раскинулась одинокая Магура, вокруг которой обосновалось небольшое поселение. Кит вальяжно приближался к нему. Вернее он шел своей дорогой, а нужное им место просто случайно оказалось на его пути. Проплывая буквально рядом с персиковым древом, Ариас оживился и приблизился к спутнице.

– Нам пора.

– Но до земли еще очень далеко.

Больше она не успела ничего возразить. Снова оказавшись на руках возлюбленного, они отправилась в полет. Теперь же между ними и землей не было никакой видимой преграды.

Аруя не то чтобы боялась высоты, просто совсем не любила, когда Ариас начинал своевольничать. Обычно его игры граничили с безумием. Сейчас девушка больше беспокоилась не за себя. Внутри нее зарождалась новая жизнь, и волнение могло очень сильно сказаться на сотворяющей ее силе. От этого чувства, Аруя еще сильнее вжалась в грудь парня.

– Пожалуйста, прекрати, – едва не плача прошептала она.

– Не бойся. Всё под контролем.

Падение казалось для девушки мучительно долгим. Опустившись до верхушек деревьев, Ариас с кошачьей ловкостью и грациозностью начал перебирать ногами по веткам и стволам.

Каждый его скачок болезненным уколом отбивался у нее в груди. А вдруг он где-нибудь оступится и тогда им обоим конец. Хоть в родном мире они и были почти богами, падение со столь большой высоты скорее всего окончилось бы плачевно. Наконец, толчки прекратились и ее ноги коснулись земли.

– Когда-нибудь ты поплатишься за свои выходки.

– Прости. Я же любя, – усмехнулся парень, вытер ее слезы руками и поцеловал.

 – Пойдем. Мы почти прибыли.

Взяв ее за руку, он двинулся вперед. Лесная тропа вывела их прямо к поселению. Несколько десятков разнообразных хижин, сделанных из дерева и камня, располагались кругом у подножья Магуры. Местные обитатели, ничем не отличимые от людей, занимались своими делами, но заметив гостей, уставились на них, словно на диковинных зверей. Все больше и больше жителей показывалось из домов и близлежащих окраин. Сотворенные матерью Хранители, помимо Первородных, выделялись величественной статью и удивительной красотой, однако прибывшая пара, казалось, была гораздо выше них.

Из глубины деревни им навстречу двинулось три фигуры в белых одеяниях. Парень, примерно их же возраста с кудрявыми чёрными волосами, решившими устроить бунт на его голове, и проникновенными карими глазами, шел впереди и, очевидно, являлся местным лидером. Чуть позади его сопровождали совсем молодые снежновласая девушка и русовласый юноша.