Военно-политический роман. Повести и рассказы

Второй секретарь высокий статный мужчина, одетый, как положено его рангу, в приличный тёмный костюм, тёмный галстук и белую рубашку, сходу властно объявил:

– Наслышан… доложили мне про ваши подвиги, герои…

– Кто доложил? – судорожно подумал дядя Ваня.

– Велели наказать, – продолжил секретарь, – Но вот им.… Тут он вытянул две руки с двумя кукишами в сторону противоположной стены, кому предназначались эти жесты ребята не знали, но поняли одно, что кому-то в Ташкенте, так как стена та была по направлению к Ташкенту.

У дяди Вани немного отлегло на сердце, дышалось легче, и он понял, если и не наградят, то и сильно бить не будут.

– Тоже мне умники, где охрана, где их милиция была на ответственном матче? А? Я спрашиваю где? Умники…

– Не было охраны, милиции, – робко выдавил из себя дядя Ваня, будто он отвечал за эту охрану и снова пожалел, что не поставил себе фингал под глаз. Получалось, что он взрослый не защитил ребят.

– Ладно, забыли, к чёрту их всех, но это между нами. Дайте, я вас расцелую всех, – тут он подошёл и по-Брежневски расцеловал каждого игрока. Немного подумав, пожал руку и чмокнул дядю Ваню. Дядя Ваня окончательно и бесповоротно понял, что бить не будут и даже в тайне начал мечтать: – Может, наградят? Премия… грамота, а может… повысят в должности? – Его тайные мысли были прерваны – громким и утвердительным:

– Молодцы, всё правильно сделали и то, что надрали им задницу на льду, да и то, что морду им набили, пусть знают – наших.

Тоже мне столичные штучки.

– Заболтался я, а жаль, что сам не поехал с вами, вот бы посмотреть как их вы там… Утёрли нос. Петрович, давай.

Петрович – мужчина в возрасте. Он всё это время, улыбаясь молча, стоял в стороне, и наблюдал с любопытством за происходящим в кабинете второго. Получив команду, начал из огромной коробки доставать подарки. Каждому игроку товарищ Аникин вручил по футбольному мячу и футболке с трусами.

Немного подумав, вручил такой же комплект и дяде Ване. Дядя Ваня понял: «Это всё… должности не будет… правильно, что не стал ставить себе синяк»… – и он начал от имени команды благодарить секретаря за щедрые дары.

А Миша стоял и думал: « На фиг нам столько мячей, нам бы коньки, да клюшки»…

– Капитан, а ты что молчишь? – прервал его Аникин.

– Спасибо, – ответил Михаил.