Око волка

– Парень, ты представляешь, что случится в Европе, если туда приедет кот? Бардов, которого мы выпустили – колдун, а Александр Константинович – миф. Настоящий, живой. Вы там хоть помните, как пахнут мифы?

– И зачем же вы ему разрешение доставать собираетесь?

Джон крякнул и, не стесняясь, взял бутылку, сделав вид, что изучает, но украдкой подлил себе в рюмку.

– А кто сказал, что я его в Европу пущу? Поедет в Китай, там тоже культура.

– Старик взбесится, – оскалился Джон.

– Сначала взбесится, – Алексей подался вперед и забрал бутылку.

 – А потом поймет.

Попов встал и поставил наполовину пустую бутылку в буфет. Джон вздохнул, косясь на буфет, и взял рюмку Эда.

– А где все начальство? – Спросил он.

– Главное начальство уехало в Сиверский, за советом к мудрецу. Второе начальство – домой, в Муром. Первый заместитель на Украине, вопросы с тамошней нечестью решает. Сижу тут один, присматриваю за всем Управлением.

– Ах да, Украина. А я думаю, чего столько чудовищ в аэропорту, – пробормотал Джон.

– Беженцы прибывают, добровольцы на Донбасс улетают, а кто в Крым к родне пока по дешевке – создают работу миграционному отделу.

Наставник нахмурился.

– Справляетесь?

– Конечно. Трудно было первые месяцы, а сейчас все же проще.

– Ну а как вообще-то, Леш?

– Если не считать последних событий, то в целом как всегда. Немного суматохи, но спокойно.

– А как там Алёнка?

– Хорошо Алёнка…

Алексей рассказал какую-то малопонятную историю, и они с Джоном задорно над ней посмеялись.

К дальнейшему разговору Эд потерял всякий интерес, ведь начался обязательный ритуал Джона, который он начинал при всяких встречах со старыми знакомыми – воспоминания. Обычные человеческие воспоминания, истории о чем-то, расспросы об общих друзьях, новости за время, что друзья не виделись.

Эд откинулся на спинку кресла и начал разглядывать кабинет. На стене, справа от стола Алексея, висел портрет – молодая девушка в просторном узорчатом платье босиком.

По настоянию Джона, Эд прочитал несколько книг о славянской культуре перед отъездом, и припомнил, что это платье называется «сарафан». Волосы собраны в косу и перетянуты лентой, а на плече она держала коромысло с ведрами. «Наверное, Алёна» – подумал Эд, переводя взгляд на шкафы. В них красовались корешки старинных книг и почти на каждой выведены золотистые буквы на непонятном языке похожем на русский, но Эд не смог прочитать.