Дуэль на троих

Буквально час назад я услышал от кого-то о ее конфузе у дознавателя – кстати, славного парня, с лицом балаганного актера прошлого столетия, хотя и абсолютно неотесанного в смысле политеса.

– Удивительная страна! – провозгласил я ей вслед. – Человека отпускают, а он требует ареста!

Девушка вдруг резко вернулась.

– Какое ваше дело?! – крикнула мне в лицо. – Скажите им, что это не так!

– Поздно. – Я был по-прежнему невозмутим. – Если людей поженили под сводами церкви, – я обвел пространство рукой, – это уже навсегда.

Люка и Пьер, давно подкравшиеся к нам, беззвучно покатывались со смеху…

Юная монашка, кажется, хотела плюнуть мне в лицо. Но какая же женщина плюнет в того, кто признает себя ее законным мужем (даже в шутку).

Девушка вся зарделась, мгновение смотрела на меня округлившимися и синющими, оказывается, как андалузское небо, глазами, потом опрометью бросилась вон. Но так как сей решительный демарш повторялся уже не единожды, мои солдаты успели, даже не вставая, перегруппироваться в подобие лежачих боевых порядков и умело преградить ей путь.

Монашка металась по кругу в поисках выхода, а я продолжал издеваться:

– Куда вы так спешите? У меня масса достоинств!

Наконец девица нашла брешь в плотных пластунских рядах, распинала и прорвала оборону моих дуболомов.

Но я тут же принял трагический вид и метнул свой главный козырь – внезапно перешел на русский.

– Ладно, иди. Насильно мил не будешь!

Она замерла в дверях и удивленно обернулась.

– Вы так хорошо знаете русский?! – вырвалось у нее явно помимо воли.

Я весьма степенно (чтобы не вспугнуть!) подошел к ней.

– Видите, я вас не обманул, у меня действительно масса достоинств, – произнес я, теперь уже на безупречном йоркширском диалекте.

– Йес, ит из! – поддержал меня Поль на своем чудовищном английском.

Лучше бы он этого не делал! Девушка вдруг прыснула. В глазах ее метнулись такие хитрые и чудные чертята-обаяшки, что я малость обалдел…

Но тут Пьер блеснул знанием итальянского, продекламировав нашу полковую «кричалку», переделанную из первых строк «Божественной комедии» бессмертного Данте.

Земную жизнь пройдя до половины,

мы получили половину света!

И вдруг монашка ответила. И тоже на языке бессмертного Данте:

– Значит, скоро получите от второй половины! – И совсем по-мальчишески выставила перед нами свой маленький кулачок.