Дуэль на троих

– Лейтенант Бекле, что это значит? Солдаты от вашего имени набивают свои рюкзаки и баулы кремлевским убранством!

Невольно я ослабил стойку.

– Думаете, они не набивали бы и без моего разрешения?

– Откройте ваш ранец!

– Пожалуйста.

Я бухнул на пол ранец, распустил ремни и откинул крышку – там были одни безупречно-уставные вещи.

– Где вы прячете трофеи? – Полковник впился в меня взглядом.

– Я вполне доволен жалованьем императора.

Помощник Пикара сделал к шефу кроткий шажок и зашептал на ухо:

– Совершенно верно, господин Пикар.

Я все проверил. Бекле раздает кремлевское имущество, но себе ничего не взял. Это свидетельствуют все его однополчане.

– Вы такой бессребреник, Бекле? – подозрительно прищурился Пикар.

– Просто иногда включаю голову, – сухо ответил я. – Не надо быть провидцем, дабы понять, что все кремлевское убранство будет объявлено собственностью французского государства. И что вы лично, господин полковник, осуществите ревизию по солдатским мешкам.

Брови Пикара пошли вверх:

– И вы, понимая это, все раздавали?

Я мило улыбнулся:

– Ну, это же такая шутка. Впрочем, весьма для вас полезная. Теперь вам не нужно рыться по закуткам, чтобы реквизировать в казну взятое солдатами. Они все хранят открыто.

Пикар недобро усмехнулся:

– Так вы еще и дальновидный государственный деятель?

Я снова вытянулся и, остекленив глаза, отрапортовал:

– Только в свободное от караульной службы время!

* * *

В тот же вечер мне передали, что Пикар после нашей аудиенции был очень зол и бормотал, кружками глуша русский сбитень: «Нет, Бекле, со мной так нельзя.

Хоть ты и потомок фараонов, моя паутина тебя удавит!».

Ну и черт с ним! Избавьте меня от друзей, а с врагами я как-нибудь сам управлюсь. Но Поль и Пьер ежечасно бубнят о пари. С одной стороны, это полезно, а с другой… как же мне осточертели эти вояки!

«Бекле, что же ты не торопишься к своей красавице в сутане? Уже заканчивается первый день!.

.», «Всего-то три дня на пари!..»

– Ты же знаешь, Пьер, чем ближе к закату, тем ближе к любви. – И я заставляю себя улыбаться.

Впрочем, едва я увидал васильки на валу за дорогой, над самым рвом, тут же, рискуя сорваться, сползал к самой кромке вала и нарвал внушительный букет. Да что это со мной такое? Эти синие цветки пахнут детством.