Вниз по матушке по Харони

Конечно, есть у меня некая опаска, что а вдруг именно тут все и обретется к удовлетворению Калики Переплывного и плаванию придет конец.

И вот когда поисковый корвет оказался ввиду этого самого городишки Кошкарев у входа в Харонь речушки-речушечки по имени Туча, то на ея правом берегу, на том самом правом бережочке сидела красна девица Марусенька и мыла белыя ноги. И свет от этих белых ног был немыслимой яркости. Такой яркости, что все население «Вещего Олега» зажмурилось до китайского состояния. И вместе с корветом врезалось в правый бережочек речушки районного значения Тучи.

Аккурат возле правой из двух белых ног красной девицы. И от такого столкновения народишко с корвета посыпался на правый бережочек речушки Туча аккурат возле правой ноги красной девицы Марусеньки. Что, на мой взгляд, является явной несправедливостью к левой ноге. Которая ничуть не темнее правой ноги красной девицы Марусеньки. И от этой несправедливости левая нога шарахнулась еще левее, а правая осталась в том же правом состоянии… Ой да зазнобила ты мою головушку, ой да в сто сорок солнц закат пылал, и ой да что так сердце растревожилось.

И даже шкипер Аглай Трофимыч как-то сильно эмоционально призадумался. Хотя по возрастному состоянию Аглая в наше время это не шибко принято. Возможно, все дело в наследственности. Один из предков шкипера познал свою жену в 100 лет, в то время как ей уже стукнуло 90. Ну, и Исаак, Иаков… Ну, и так далее.

Меж тем как около ног красной девицы и располагался филиал «Бигшиномонтажа». И это самое заведение малого и среднего бизнеса со свойственной народу армянской национальности хитрованистостью поймало корвет «Вещий Олег» на живца в лице белых ног красной девицы Марусеньки.

Кои в качестве малого бизнеса при шиномонтаже использовались в смысле рекламной заманухи для проплывающего по реке Харони человеческого фактора.

И, милостивые государи мои, весь экипаж был повязан на корню. Кроме Клопа. Потому что не родились еще на Руси веревки-канаты, кандалы-железа и прочие тенета, чтобы повязать русского клопа.

А все остальные были скручены-связаны-закованы и брошены в казематы «Бигшиномонтажа» для последующих пыток и казней.

И вот в казематы пришел вечор («ты помнишь, вьюга злилась»), за вечором опустилась ночка темная. И под покровом ночи вся людская составляющая корвета – Аглай Трофимыч Циперович, Калика Переплывный, Сидоров Козел, Нупидор – ждет утра, чтобы быть казненной за кидалово с золотым пердонцем головной фирмы «Бигшиномонтажа».