Дочь капитана Летфорда, или Приключения Джейн в стране Россия

А еше конюшня с лошадьми для упряжки и седла: дядя Хью любил ездить по парку. Ещё была оранжерея, и в ней росли пальмы и цветы, которые папа часто видел в джунглях, конечно же, без кадок и не за стеклом.

Теперь все это принадлежало отцу Джейн и Лайонела, который за одну ночь превратился из простого капитана Летфорда в сэра Фрэнсиса.

За пару дней до отъезда к папе пришла миссис Дэниэлс.

– Сэр Фрэнсис, я благодарна вам за вашу доброту. Надеюсь, вы напишете мне достойную рекомендацию, которая…

– Вас не устраивает место экономки в моем доме? – спросил папа.

– Устраивает. Но я не уверена, что вы теперь нуждаетесь в моих услугах.

– Нуждаюсь, – коротко ответил папа. Миссис Дэниэлс поблагодарила его и прекратила разговор, так как покойный муж приучил её к коротким ответам. Она повеселела и приступила к занятию, не требовавшему долгого времени – сбору вещей.

Джейн поняла, что прощание – грустное дело, даже если переезжать из лачуги во дворец. Было грустно расставаться с соседями.

На прощание Джейн отмерила порцию песка, чтобы показать Терри, какую порцию пороха надо закладывать в снежок. Правда, ещё раз посоветовала не делать этого. «Но если сделаешь, то больше пороха, чем показала я, не клади. И когда подожжёшь фитиль, не ковыряй в носу слишком долго».

Энн попросила прощения ещё раз, и они расцеловались.

* * *

Лайонел, обычно говоривший глупости, на сей раз оказался прав. Они приехали в Освалдби-Холл и заблудились. Причём не в парке, а в самом доме.

До этого был Переезд – путешествие с не очень большим багажом, зато на большое расстояние, Джейн не помнила, когда ездила так далеко. Она привыкла смотреть на поезда, теперь же впервые села в вагон. Удовольствие не портили даже рассуждения Лайонела о том, что максимальная скорость паровоза – шестьдесят миль в час, а они едут вдвое медленнее.

Потом был Лондон, через который надо было долго ехать в кебе с одного вокзала на другой. Лайонел объяснял что-то о будущей подземной железной дороге, которая свяжет вокзалы, а Джейн смотрела по сторонам почти с испугом.

Город казался бесконечным, весь из одинаковых двух– и трёхэтажных домов, стоящих плотно друг к дружке, как папины солдаты на параде.

Из Лондона направились на север. Джейн задремала и проснулась, когда поезд въехал в арку в городских стенах Йорка – более высоких и куда более чистых, чем портсмутские.

Путешествие до Освалдби-Холла продолжилось в экипаже, присланном из усадьбы.