Эффект присутствия

Лохматая, бело-рыжая узкая морда тянулась вперед, мелькнул вываленный розовый язык. Саша выставил вперёд руки, отстраняя собаку, норовившую лизнуть его в лицо.

– Извините! – Хозяин с усилием потащил собаку за ошейник из прихожей.

Телефон находился на полочке, привинченной к стене. Набирая известный только посвященным городской номер дежурной части (по «02» вечером не дозвонишься), Кораблёв огляделся. Дверь в ванную комнату была полуоткрыта. На дне ванной стояла алюминиевая молочная фляга емкостью тридцать восемь литров, по боку которой струилась вода из крана.

Тесный коридорчик был заставлен множеством больших жестяных банок с наклейками «Томатная паста». Несколько пустых жестянок хищно щерились неровно обрезанными краями.

«Зачем ему столько пасты?»

– Милиция, – на третьем гудке в трубке отозвались.

– Это Кораблёв, прокуратура. Я на Васнецова уже полчаса как пляшу. Где группа?

– Александр Михалыч, золотой мой, всех собрал. Судика долго искали, в гостях судик зависал, из гостей забирали! – Энергия так и пёрла из Андреича.

 – Саша, там реально двойное убийство? Не напутали ничего доблестные наши сотрудники ГИБДД?

– Все так.

– Значит, правильно я начальника поднял, в область доложил и план «Сирена»[8 - План «Сирена» – комплекс экстренных мероприятий, проводящийся наружными и оперативными службами милиции при вооруженных ограблениях, убийствах и других ЧП.] ввел. Все, дорогой, через пять минут группа у тебя будет.

Удачи!

Участковый, не проявляя намерений экипироваться в присвоенную ему форму одежды, умильно наблюдал за деятельным Кораблёвым.

– Выходите поскорее, – Саша мотнул головой в сторону лестничной площадки и покинул квартиру.

На улице уже курили прибывшие техник-криминалист Гурьева Лариса, старший участковый Муравьев и малознакомый Кораблёву оперативник по линии антиквариата Савченко. Эта группа была доставлена на «дежурке» из здания УВД, с Ворошилова.

Подлётное время заняло не меньше тридцати минут. Можно было пешком пройти туда и обратно, причём прогулочным шагом.

«Криминалист не ахти попался. Лариска по жизни сонная. Никогда никаких следов не находит. Опер – не зональный, народа здешнего не знает. Только на “сходи-опроси” пригоден. Вот участковый добросовестный, старая гвардия».

– Юрий Анатольевич, это ведь ваша территория? – стащив перчатку, Кораблёв протянул руку Муравьеву.