В понедельник дела не делаются

Вот такого сейчас Андрейка и проверял на причастность к августовским «глухарям». Испитой мужик лет тридцати пяти сидел на краю стула. Небритую морду его искажали муки похмелья. Он был априори согласен на многое.

– Слушай, Кузьма, прочту чего получилось, – повернулся к мужику Рязанцев.

– Да чего там читать. Давай подпишу, – протянул заскорузлую руку ранее судимый.

– Не-е, ты послушай. Чтоб вопросов потом не было. Та-ак… по указанному адресу я проживаю с матерью Кузьменковой Анной Никитичной, тысяча девятьсот тридцатого года рождения.

После освобождения в апреле прошлого года из мест лишения свободы я нигде не работаю, нахожусь на иждивении у матери. Мы живём на её пенсию и мои случайные заработки. Спиртные напитки я употребляю, когда есть деньги, пью самогон. У кого покупаю самогон, сообщать отказываюсь, пользуясь правом, предоставленным мне статьей 51 Конституции РФ. По вечерам и ночам я всё время нахожусь дома, сплю пьяный. По улицам не гуляю. С лицами, ранее судимыми, связи не поддерживаю.

О существовании молодёжных группировок мне ничего неизвестно. Кто в нашем районе грабит пьяных, я не знаю. В пятницу двадцать шестого августа сего года я тоже был дома. Об обстоятельствах ограбления гражданина Филимонова мне ничего неизвестно. Я предупреждён о том, что мне необходимо устроиться на работу и перестать вести антиобщественный образ жизни.

Всё так, Кузьма?

– Всё правильно, начальник. Лучше не скажешь.

Андрейка Рязанцев нравился Маштакову.

Способный парень! Если не обломают его, путёвый опер из него получится.

Всего год работает, а освоил многое, другому за пятилетку не научиться. Отрадно, что к старшим товарищам всегда прислушивается. Перенимает опыт. Это Михины, конечно, были ноу-хау за пятьдесят первую статью Конституции и за предупреждение о необходимости прекратить вести образ жизни непотребный.

Для своего начальства и для прокурора надзирающего изобретённые. А то возьмутся проверять дела – приостановленное уголовное – у следователя, для которого протокол допроса и пишется, в криминальной милиции ОПД затребуют, в которое копия протокола этого подошьётся, и спросят грозно: «Почему при расследовании уголовных дел не устанавливаются места изготовления и сбыта суррогатов алкоголя?».

А тут, пожалуйста, выяснялись эти вопросы, но гражданин Российской Федерации воспользовался своим конституционным правом не свидетельствовать против себя и близких родственников.