В понедельник дела не делаются

«Меня бы назначил кто смотрителем этого музея», – ухмыльнулся Миха, проходя с сигареткой на балкон.

В рейд по тылам противника двинули почти вовремя. Маштаков искренне подивился пунктуальности всех участвующих.

Андрейка Рязанцев уселся впереди, рядом с водителем «Пази-ка». Автобус был с механического завода.

– Помогают шефы, Юрий Анатольич? – спросил Миха у участкового Муравьева.

Майор отреагировал живо, подпрыгнул аж на сиденьи.

– Ага! Ты знаешь, за голову берутся. Опорный пункт отремонтировали. Дружину возродили.

– Если ли толк от дружины? – Маштаков, как большинство профессионалов, скептически относился к добровольным образованиям.

– Я тебе скажу, есть. Ты послушай, послушай, – горячился Муравьёв, хотя Миха и не пытался его перебивать. – Вот по вечерам подучётников обхожу, с собой двоих мужиков беру поздоровее. Трое – не один, согласен? И чуть чего их – в свидетели, в понятые. Ага. Женщины мне «отказные» материалы подшивают, описи пишут, планы работы на неделю.

Автобус тряхнуло на ухабе, на нос майору съехала фуражка, он замолчал.

– Приехали! – жизнерадостно воскликнул Рязанцев. – Вон, приткнись у торца пятиэтажки.

Дверь автобуса, заскрипев, сложилась в гармошку.

– Пошли, что ли? – Маштаков потрепал за плечо Калёнова.

Тот умудрился задремать по дороге. Судя по исходившему от него родному запаху, он наведался-таки в спорткомплекс «Темп». Играл ли он там в волейбол – вопрос… но вот пива попил – это точно.

– Чё холодно так?! – возмутился Калёнов, выйдя на улицу.

Оперативник с его зоны, оказавшийся стажёром по имени Серёга, держал в руке длинный китайский фонарик.

Участковый повёл их в детский садик.

– Там на веранде они на постоянку собираются. Пьют, курят, трахаются. Заведующая на меня начальству нажаловалась – ничего не делаю, ага. Ладно, говорит, бутылки каждое утро, так ещё гондоны детишки находят. Осторожно, мужики, тут яма…

Веранду нашли по приземистому чёрному силуэту и багровым точкам сигарет.

– Посвети, – велел Калёнов.

Стажёр включил фонарик. Мутное прыгающее пятно вырвало из темноты кампанию. Человек шесть-семь пацанов и девчонок, которые сидели друг у дружки на коленях. На той же лавочке в углу обнаружилась ополовиненная пластмассовая «полторашка», стакан, поломанная буханка чёрного, яблоки.

– Спокойно, мы из милиции, – сказал Маштаков.