В понедельник дела не делаются

Он теперь в милиции работал, всё так же бандитов ловил, только получать стал меньше гораздо, кабинет имел позачуханней, а вот бухать стал больше.

Ира предлагала ему кодироваться, он ни в какую. Потом один раз, когда припёрло сильно, после загула очередного согласился вроде. Она его со знакомыми реаниматорами свела, они уколы от алкоголизма делали, в Москву возили запойных, на три года давали гарантию. Сначала согласился Мишка, а потом послал всех – и её, и реаниматоров. «За кого вы меня держите? Какой я вам алкоголик?!»

На время он расправлял крылья, по струнке ходил, держал себя, но потом неминуемо срывался в штопор, в крутое пике.

Приезжал пьяный, сраный, без копейки в кармане. «Ира, заплати за тачку». В койке всё доказать пытался какой он мужик… и её, и себя мучил.

На нём свет клином, разумеется, все эти годы долгие не сходился. Однова живём, как сказала бы покойная волгореченская бабушка Марфуня. Встречались на пути жизненном мужики, но или случайно происходила встреча, после праздника какого-нибудь разгульного, или женатые попадались, которым новенького захотелось попробовать.

Серьёзного ничего не завязывалось.

С Мишкой хоть поговорить было о чём. Он и посоветовать мог, и помочь всегда вызывался. Редко, правда, стало получаться у него с помощью в последнее время.

Два года уж Ира как с коммерческой деятельностью завязала, свидетельство сдала в администрацию. Торгует в сменах у Светика в магазине на проспекте. Светик теперь, как это, бизнес-вумен.

Четыре штуки свои Ира имеет. Немного, конечно. Но на жизнь ей хватает. Даже в кабачок иногда зарулить можно. Лёвушке уже тринадцать исполнилось, большой совсем, он у бабушки живёт и учится там же, в деревне, ему нравится. Но она, Ирка, строго каждую неделю к нему ездит. Вот сегодня расслабится с Мишей, а с утра на «восьмичасовом» автобусе в Соломино покатит. Выходной у неё завтра.

– Сколько в’емени? – глянула на часы.

Половина пятого… Мишка пораньше обещался с работы сбежать.

Подвести не должен, звонил перед обедом, подтвердил, что всё в силе остаётся, сказал, что начальству серьёзную причину выдумал, дома тоже заранее обставился.

Понятное дело, после истории с трупом плечевой, благодаря Ирке из земли выкопанным, Миша теперь её должником сделался. Небось, начальник поощрит его за раскрытие убийства.

Повышение, может, дадут. Премию точно должны подкинуть, сотенок хоть пять, у них в милиции на денежки скупы.