Зона Комфорта

Стыдились, что ли?

Жаль, не удалось хоть одним глазком взглянуть на Кутепова! А с другой стороны, неплохо, что от строевого смотра сачканул. Опозорился бы за компанию с Кипарисовым.

Докурив, я закинул на одно плечо «сидор», на другое – винтовку. Жара под вечер поотпустила, солнце перестало яриться. Ветерок объявился, ароматы свежего навозца принёс. Сельская идиллия.

– Искупаться бы, – размечтался я.

Риммер хмыкнул:

– Как бы не так. Через четверть часа построение.

– Чего опять такое? Ночевать где будем? Здесь, в Гати?

Прапорщик пожал неохватными плечами:

– А я зна-аю?

Мы побежали и успели только-только.

Рота уже строилась на площади. Задрав головы, офицеры с интересом рассматривали островерхую башенку колокольни, красный кирпич которой был исклёван оспинами пулевых попаданий. Оттуда, из-под медью крытого купола, увенчанного крестом, работал «максим» большевиков.

Как только наши исхитрились сбить его? Я вспомнил выверенные действия пулемётного расчёта, оборудовавшего позицию на вековой ветле.

Причмокивание скоб-ступенек, вколачиваемых в мощный ствол. Подпоручика в кожанке, по-обезьяньи ловко вскарабкавшегося наверх. С такими ребятами можно воевать.

– Р-рота, р-ряйсь! Иррна! – перед строем стремительно появился друг мой Знаменский. – Напря-аво! Ша-агм арш!

И через десяток метров хищно рявкнул:

– Р-рот-та!

Офицерская рубанула строевым. Эффект не тот, конечно, что на плацу, но всё равно впечатлил. Я старался изо всех сил – до отказа тянул носок, высоко поднимал ноги и резко впечатывал подошвы в утрамбованную землю.

Полковник Знаменский, шедший слева от строя, недовольно, как будто ему за шиворот насыпали трухи, повёл тугой шеей:

– Не слышу рот-ты! Поручик Феофилактов, вы не в юбке! Выше ногу!

Один в один как наш зампотех Жабин! Тот тоже чуть что: «Не слышу

батареи!».

От пенсне на переносице полковника отрикошетировал в небо солнечный зайчик.

Я начал задыхаться. В натуре, я не кремлевский курсант, чтобы полкилометра в горку строевым переть!

За околицей Знаменский скомандовал «вольно» и «левое плечо вперёд».

Офицерская повернула в чисто поле, завиляла по вымоинам, теряя монолит.

Нет, возжелай он погонять нас, оставил бы на просёлке.

Полковник остановил роту и скомандовал «направо». Молча пошёл перед строем, придирчиво разглядывая тянувшихся перед ним офицеров.

Радуясь, что место моё во второй шеренге, я подогнул колени, пытаясь спрятаться за стоявшим впереди Наплеховичем.

Не помогло.