Зона Комфорта

Надо было видеть, как он пил кофе из крохотной, на один глоток чашечки, делал себе гоголь-моголь, разглядывал репродукции картин в журнале «Огонек», вел светский разговор с председателем колхоза о причинах нерентабельности сельского хозяйства в Нечерноземье.

Отслужил он легко – в авиации, на точке, где дислоцировалось всего отделение – десяток солдат во главе с сержантом. Все русские, половина с высшим образованием. Никаких тебе гарантированных присягой тягот и лишений. Просыпались к завтраку. В армии он вступил в КППС.

Первый раз я поцапался с Мордвиновым на третий день сельхозработ. Он добровольно вызвался кашеварить. С этим делом возникли проблемы, девчонки в отряде подобрались сразу после школы, мамины дочки. А Виталик напросился сам. Флаг, как говорится, ему в руки!

Вечером вернулись с поля грязные, иззябшие, голодные. Мы с Коляном умылись первыми, первыми и в столовку закатились. А там любезный Виталик Мордвинов в белом фартуке нас встречает. Усаживает за стол, кастрюлю с плиты тащит. Обслуживает по высшему разряду и всё с прибауточками.

А жратву он наготовил – классную! Картошечка жареная, мясо тушеное. Каждому по два солидных таких кусмана! Огурчики свежие, помидорчики. По литровой кружке свойского деревенского молока с пенкой.

Уплетаем мы замечательную Виталькину стряпню и искусника-кулинара нахваливаем. А зардевшийся от смущения Мордвинов присел рядышком, щеку тонкой рукой подпер и любуется нашим аппетитом.

Тут начали подтягиваться остальные. Виталя к раздаче отошел. Рассаживаются однокурсники за длинным дощатым столом и отчего-то на нас с Колькой косятся.

Я не сразу въехал, а когда понял, чуть от стыда сквозь землю не провалился. Гляжу, у всех в тарелках мятуха картофельная, чуть дно ею покрыто. Пюрешка эта неказистая коричневой жижицей полита. Подливкой из-под нашего с Колей мясца.

Я положил ложку, смотрю в стол, в разлитую лужицу молока и у Мордвинова спрашиваю:

– Виталь, а чё нам один хавчик, а братве – другой?

Все замолчали, только самый оголодавший Лёха Петров, мастер спорта по борьбе самбо, стучал ложкой и чавкал.

Мордвинов чуть порозовел, но ответил спокойно, глазом не моргнул:

– Дедушкам Советской армии отдельно. Разве неправильно?

Я не найду, что и сказать, а пацаны ждут. Как раз я таких вот правил скотских, когда у салаг забирают пайку, оставляя ополоски, навидался вдоволь. По молодости в нашей доблестной «казахской» зенитно-артиллерийской батарее двести семьдесят шестого мотострелкового полка.