Большие и маленькие

– Но Алекса-а-андр, – протянул писклявым голосом один из репортёров, – люди должны знать все подробности этого события. Чем больше мелочей, тем больше это похоже на правду!

– Это и есть правда! Всё, уходите, – Саша не на шутку разозлился и начал выпроваживать их из квартиры. Репортёры пятились назад, на лестничную площадку, продолжая тыкать микрофоны Саше в подбородок.

– Ах вы так? Александр, город такие новости услышит… – продолжил писклявый.

– … такие новости, – поддакивали его коллеги.

– Вы ещё пожалеете об этом, мы – заслуженные работники СМИ!

– …заслуженные.

Саше захотелось ударить этого писклявого, но он сдержался в последний момент. Вытолкнув их наружу, он закрыл дверь и ещё несколько минут слышал за дверью причитания репортёров.

Вечером весь город знал, что Саша, якобы, летит на Марс, что это и не Марс вовсе, а диссидентство в чистом виде, что его завербовали зарубежные спецслужбы, что у него личный электрогенератор, подаренный шпионами за хорошую службу, и что зовут его не Саша, а Фильдих и он каждый день ест бананы и ананасы и плевать хотел на Родину и президента.

Пока Саша спал в своей кровати, ночью к его дому начали подтягиваться зеваки, пытавшиеся одним глазком заглянуть в квартиру на первом этаже, где жил «марсианин», так его прозвали в народе.

Глава пятая, в которой Сашина жена ест борщ

В среду Сашина жена Галя вернулась с трудотерапии из сельского оздоровительного лагеря «Хорошее настроение». Когда Саша проснулся и зашёл на кухню, то увидел, как его любимая сидит на кухне и ест борщ.

Борщ носил такое гордое название больше номинально, мяса в нём не было, не было морковки, капусты и многого другого, но зато там в избытке была свёкла. Чаще всего на трудотерапию отправляли собирать свёклу. Галя не первый раз попадала туда: по новым законам, если ты не очень был доволен своей жизнью, то лучшим способом это исправить была недельная ссылка в «поля». Недовольство жизнью строго фиксировали «дружинники». Галю последний раз подловили в магазине, когда она обозвала продавщицу мразью, так как та отказалась выдать шпроты по просроченному на три минуты продуктовому талону.

– Привет, милая, как съездила? Как дурацкая трудотерапия? – спросил Саша, приобняв и поцеловав жену в щёку. Она улыбнулась и продолжила жевать.

– Почтовый голубь до тебя добрался?

– Ага, – ответила Галя, – и ты правда в это веришь?

Саша чувствовал напряжение, а ещё больше – страх.