Дизель решает всё. Реинкарнация Победы – 1

Ох и тяжело быть хоть немного откровенным, даже в храме Божьем. Ладно, как сумел, пора уходить. Подобрал свои вещи, обернулся и упёрся во внимательный взгляд.

– Доброе ли дело задумал, сын мой? Прости, я наблюдал за тобой и видел, как ты клялся на мече. В этом храме такого несколько столетий не было. Не хочешь исповедаться?

Передо мной стоял дед из того, проклятого немецкого мира или его близнец. Если бы не ряса, я бы точно начал себя щипать, а так просто стоял, разинув рот, и тупо пялился на священника.

– Слышишь ли ты меня, сын мой?

– Слышу, отче, не клялся я, ибо сказано не клясться, а говорить да-да, нет-нет. Или как там у вас? Дело у меня доброе, правое и абсолютно необходимое, но очень трудное, от того и пришёл за помощью и благословением, да кто ж мне его даст без исповеди. А исповедаться хотел бы, да не могу, слишком много весит сейчас моё слово и за каждое я в ответе, боюсь навредить.

– Воля твоя, когда будешь готов, приходи, не так уж много сейчас людей без страха в храм заходят.

Да и позакрывали храмы коммунисты проклятые, всего четыре на всю Вологду и осталось, видно настают последние времена.

– Уныние грех, отче, все образуется. А скажи мне, сын у тебя есть?

– Есть, но не напоминай о нем, подался в большевики поперек отцова слова, Бога отринул.

– Не сердись на него, хороший он человек, правильный, точно говорю. Скоро сын у него родится, на деда будет похож.

Прощай.

– И оставив священника в полной растерянности, подобной той, в которой находился я сам минуту назад, быстро вышел из собора.

    Эпизод 4

Вот это да! Мне казалось, что в соборе я провёл не более десяти минут, а на самом деле был там почти два часа! И организм уже стал настырно напоминать, что, укрепив дух, неплохо было бы позаботиться и о теле. Кроме того, надо ещё и в дорогу что-то с собой прикупить, а на рынок я больше не ходок.

Пришлось зайти в заведение с вывеской «Ресторан», что, на мой взгляд, было большой натяжкой, но хоть покормили от пуза, недешево, правда. Ещё и заказал на троих, а излишки с собой завернул, бутылку водки не забыв.

Официант, уже нацелившийся на остатки обеда с сожалением посмотрел мне вслед, на его лице прямо заглавными буквами читалось: «Деревеньщина». Вот молодец, на правильную мысль натолкнул, поищу-ка я парикмахерскую.