Последний памятник на Планете №101. Сборник сказок для мудрых

4

Вот уже более двух часов Всучинни бродил по супермаркету и настроение его с каждой минутой становилось всё хуже и хуже.

– Мир полон зла, – злорадно произнёс Всучинни, оглядываясь по сторонам.

– Что? – переспросила женщина, которая рядом с Всучинни мерила резиновые сапоги.

– Мир, – громко повторил Всучинни, – полон зла.

– Я Вас не понимаю, – испуганно сказала женщина.

– А Вам меня и не понять, – сказал Всучинни. Не понять по той причине, что… Всё просто. Всё слишком, слишком просто.

– Просто? – переспросила женщина.

– И дёшево, – многозначительно добавил Всучинни. – Всё просто и дёшево.

– Просто и дёшево? – переспросила женщина, не понимая о чём идёт речь.

Всучинни бросил на женщину взгляд, полный ненависти и, ничего более не объясняя, быстрым шагом покинул супермаркет.

Дома, обедая, он жаловался жене.

– Пойми, дорогая, – говорил Всучинни, – я чувствую, что людям на нашей планете плохо.

– С чего ты это взял дорогой? – поинтересовалась жена.

– Да что же я слепой что ли? – ответил Всучинни. – Я смотрю на людей, я вижу их лица и понимаю, что жизнь их им не доставляет радость. Люди на нашей планете несчастны. А всё почему? А всё потому, что слишком у нас на планете всё просто, – ответил Всучинни.

– Всё просто? – переспросила жена.

– Просто и дёшево, – ответил Всучинни.

– Просто и дёшево? – переспросила жена.

– Ты! – заорал Всучинни, вскакивая из-за стола. – Ты – как та дура, что мерила резиновые сапоги в супермаркете. И она, вот так же, как и ты, переспросила меня: «Просто и дёшево?» – Всучинни кривлялся, показывая ту женщину из супермаркета.

– Какая дура? – испуганно спросила жена. – Какие резиновые сапоги?

– Резиновые сапоги за двести монет, – ответил Всучинни. – Она мерила резиновые сапоги за двести монет. Ты пойми, что резиновые сапоги за двести монет – это даже не покупка.

– А что это? – спросила жена.

– Я не знаю, что это, – ответил Всучинни. – Это дрянь какая-то, мура, ерунда. Это что угодно, но только не покупка. Это как куртка за пятьсот монет, которую в соседнем отделе мерил один мужик.

– Ты опять шлялся по супермаркету? – сурово спросила жена.

– Да! Опять! – нервно жестикулируя, отвечал Всучинни.

– Ты же обещал мне больше не смотреть за тем, как люди покупают, – сказала жена.