Собаня

 – ЭТО ОН, ТУПОРЫЛАЯ ТЫ СУКА!

Осознание свалилось на Николь, как сошедший с крыши снег. Первые зерна понимания проросли еще наверху, у люка, но она никак не могла заставить себя поверить. А теперь…

Как быть?

Оглядевшись, она заметила в дальнем углу шесть земляных холмиков, формой и размером похожих на могильные.

Внезапно что-то исчезло. Что-то, к чему Николь успела привыкнуть.

Стук топора – вот что. Собака продолжала неистовствовать, но стук точно пропал.

Если он сейчас явится и обнаружит, ЧЕМ ты тут занимаешься…

– Заткнись теперь! – приказала Николь всхлипывающей пленнице.

 – Я пойду наверх и что-нибудь придумаю. Только молчи, пожалуйста! Не выдай нас!

Девушка приумолкла, а Николь бросилась к лестнице.

Поднялась в кухню, захлопнула люк, прикрыла половиком. Больно стукнулась макушкой о столешницу.

В этот самый миг у порога зазвучали шаги. Когда она вынырнула из-под стола и встала у холодильника, Анатолий мелькнул в кухонном дверном проеме. Заметив Николь, вернулся.

Посмотрел на нее. Пристально, испытующе. Ее трясло. Она до смерти боялась увидеть в его глазах ПОНИМАНИЕ.

– Проснулась, – улыбнулся он. Теперь она не знала, как расценивать его улыбки – как признак хорошего расположения духа или как угрозу.

Боже, зачем он тебя сюда НА САМОМ ДЕЛЕ привез?!

– Д-д-да… проснулась, – выдавила из себя Николь.

– Ты чего дрожишь? – Он подошел к ней, обнял. Тепло его разгоряченного рубкой дров тела больше не было приятным. Николь только сильнее затряслась в объятиях.

Лишь бы не догадался…

– Холодно, – пролепетала она.

– Почему ты так мало поспала?

– Надо позвонить родителям. – Голос предательски задрожал. – Оставила здесь телефон – вот и спустилась.

– Тут нигде не ловит. Забыл тебя предупредить.

– И что теперь делать? – У нее внутри бушевала паника – вот-вот прорвется наружу.

– Ничего. – Он выпустил ее из объятий. – Думаю, до завтра тебя точно не хватятся и в полицию не сообщат.

Не сообщат в полицию…

Он шагнул к двери кладовки.

Открывая, произнес:

– Дик, ну, ты чего?

Едва дверь приоткрылась, псина пулей вылетела из чулана, нырнула под кухонный стол, отодвинула лапой половик и принялась скрести когтями крышку люка.

– Дик! Что тебе там понадобилось? – Анатолий заметно занервничал.

Николь наблюдала, как он оттаскивает пса от люка, и размышляла: «Почему кобель только сейчас поднял лай? У собак ведь хороший слух, а пленница явно давно там, внизу.