Фантастический калейдоскоп: Йа, Шуб-Ниггурат! Том II

Некоторые участки дороги сильно заросли. Если бы следы Джозефа затерялись, Берни мог с чистой совестью вернуться назад, но, как назло, отпечатки виднелись хорошо, словно беглец специально сильно топал, намереваясь вести за собой.

Берни почти поднялся на Пик Дьявола, когда заметил впереди сияние. Ветер стих, остались вспышки и гром. Одна из таких вспышек осветила две фигуры в окружении высоких монолитов.

Странное построение тут же напомнило рисунок на двери в пещере. Шесть камней. От верхнего левого шла линия к нижнему правому.

Другая линия тянулась от верхнего правого к нижнему левому. Стоявшие друг напротив друга срединные камни также были связаны. В эпицентре стоял Питер. Его волосы и бороду покрывала зелень, из наростов на лице и шее прорастали тонкие ножки.

– Ты должен остановить их! Прошу! – кричал Джозеф. Молнии освещали его мокрое лицо. – Нельзя, чтобы они пришли! Они убьют Его!

Питер смотрел куда-то вверх. Когда Берни поднялся, голова старшего Сандерса чуть повернулась в его сторону.

МакМиланн с трудом сдержал крик. Глаза Питера были молочно-белыми.

– Вы слышите? Он уже близко, – Питер произнес это с таким одухотворенным наслаждением, что Берни стало не по себе.

– Пожалуйста, – молил Джозеф, – помогите мне! Спасите Его!

Вспыхнула очередная молния, и Берни увидел в небе те же очертания, что мерещились ему после обнаружения пещеры. Разум отказывался верить в то, что слова Джозефа могут быть… правдой! Как бы не гнал от себя подобные мысли, как бы не строил теории о странной форме облаков и обмане зрения, Берни не мог отказаться от того, что видел.

С каждой молнией небо принимало очертания гигантского кита. Спина, плавники, огромная пасть. Все это выплывало, словно из другого мира, становясь на мгновение осязаемым. Гром приносил дыхание левиафана, а вновь поднявшийся ветер подгонял облака так, словно кит плыл по воде.

– О, Великий! – Джозеф склонился в низком поклоне.

Очередная молния пронеслась слишком близко. Берни зажмурился и отступил на шаг, а когда открыл глаза, то увидел, что линии на земле засверкали такими же красками, как узор в пещере.

Вокруг Питера стал сгущаться воздух, линии пульсировали, словно качали что-то из монолитов. Растущие поблизости растения закачались с неистовой силой, с каждым тактом склоняясь к эпицентру линий.

Из земли возникли снопы искр. Они закружили вокруг Питера. Казалось, что Сандерс стоит в центре огромного пузыря. И тут небо вспыхнуло.