Тропа тунеядцев. Из жизни контрразведчиков. Книга первая. В августе тридцать четвертого. Часть вторая. Блокада

Капитан Труба, как, в воду канул.

Когда Матюхин, посовещавшись, с Глушеней, уже готов был организовать, поиски пропавшего, на деревенской улице, со стороны, Заболотья, показалась странная процессия.

По дороге, неуверенным шагом, двигался мужчина, очень, похожий, на капитана Трубу. Но издали, точно определить он – это или не он, было трудно. Человек шел, как пьяный.

За пешеходом, заметно, отставая, следовала многочисленная группа велосипедистов. Некоторые, из них сидели в седле, некоторые катили велосипеды, в руках.

Когда человек приблизился, и его можно было, с уверенностью опознать, как руководителя, оперативной группы, стало видно, что капитан Труба – сильно не в духе.

Глаза, его, были, яростно прищурены, губы сжаты. Да и вся фигура, его была, словно остро отточена. Капитаном, сейчас, можно было, резать сало.

Он зло поглядывал на свой эскорт, едва сдерживая желание, огрызнуться на ребятню, которая, своим постоянным присутствием, доводила его, до белого каления.

Отправившись, с Геннадием Петровичем, к месту, возможной, посадки вертолета, Труба не предполагал, что экскурсия, будет экстремальной.

Выйдя за огороды, добровольный помощник обвел взглядом, однообразно безликие поля ямса и выбрав, какой-то, одному ему известный ориентир, рванул вперед.

Труба, ринулся, следом, за ним.

Несмотря, на возраст, Геннадий Петрович, оказался неутомимым ходоком. Однако видимо, тот, же возраст, ослабил, его, навыки в ориентации на местности.

Километра два, они шли по прямой, среди несжатых ямсовых зарослей.

Посреди поля, Геннадий Петрович, понял, что ориентир был выбран неправильно и пошел наискосок. Труба, стараясь не отставать, следовал за ним.

Когда, они проложили, в ямсовой ботве косую тропу, длинной километра полтора, проводник, наконец, остановился. Он внимательно осмотрелся, потом хлопнул, себя ладонью, по лбу и уверенно сказал:

– Вот, оно, что! Туда!

Мирошниченко ломанулся, обратно, в сторону деревни.

Труба, сжав зубы, шел за ним. После, километровой, пробежки, Геннадий Петрович, удовлетворенно сказал, не снижая, хода:

– Правильно идем!

Еще метров, через пятьсот Мирошниченко, наконец, остановился и, радостно провозгласил:

– Пришли!

При этом он сделал, широкий жест, рукой, приглашая Трубу, полюбоваться, на место посадки.

Капитан недоуменно уставился, на обширную, почти, идеально круглую, проплешину, посреди ботвы.