Сотрудник инквизиции. Осатанелый город

 – То ли улыбнулась, то ли оскалилась Тауберг.

– Ладно. Считайте – уговорили. Денька через три тронусь.

– Раньше невозможно? – Деловито спросил Торп.

– Обрасти побольше надо. Вашего гладко выбритого, чуть не замочили на первой остановке. В семнадцатом веке «жилета» еще не было.

Выход во вновь открытый свет третьей экспедиции, в лице доктора исторических наук Войтеховского, привлек не меньшее внимание, чем неудавшийся рейд амазонок на Мюнхен. Доктор Войтеховский выглядел, как бандит с большой дороги. Руководство «Дискавери» волновалось.

Ричард Торп спросил:

– Вам не кажется, что вы выглядите несколько зловеще?

Юрген поправил висящую на перевязи саблю и сокрушенно покачал головой.

– Думаю, что наоборот. Смотрюсь как заморский принц, а не бродяга. Надо было бы еще денька три подождать, пока обрасту сильнее и костюмчик припылить понадежнее. Он ведь не пылится тут, ни черта. Высокогорье. Пыли нет, один лед.

Ипполита Тауберг, зажимая картофелину носа рукой, с сомнением взглянула на штаны и колет Юргена.

Одежда была покрыта многочисленными пятнами и пахла очень естественно. Последние два дня, резидент не снимал сшитую для него униформу. Он спал, пил и ел в ней. Салфетками при этом, не пользовался принципиально. Портниха-реконструктор плакала навзрыд, наблюдая за тем, как ее шедевр превращается в костюм клошара.

Кавендиш, ответственный за финансирование, волновался больше всех.

– Я все-таки не понимаю, зачем вам такое количество биоматериала. Вы толком не объяснили. Вы что собираетесь там армию андроидов создать?

– Ну, как вы не понимаете профессор?! Мероприятие, ведь – масштабное.

Нужен размах. Ради вас стараюсь. Напишите потом в своих отчетах, которые будете писать вместо меня, что работа была произведена всеохватывающая и прямо глобальная. Я, как осмотрюсь, начну лепить посыльных и рассылать их по всем направлениям. Легенды, у них будут правдоподобные. Не то, что у некоторых.

Юрген покосился на молодежное крыло «Дискавери», которые сидели за мониторами, с кислыми лицами, и привел веский аргумент:

– С таким глубоким и доскональным полевым исследованием, мы всем недругам рот заткнем.

Чем больше задействуем средств, тем фундаментальнее будут результаты.

– Вот оно! – Радовалось руководство. – Что значит человек старой закалки. Опыт не пропьешь.

Юрген отхлебнул чего-то из кожаной фляги, явно не воды, и сказал:

– Ну, бывайте! Я пошел.

Резидент пролез в щель, между мирами и растворился в знойном мареве.