Буран 2.0

И на вопрос, как такое могло произойти, только недоумённо пожимают плечами…»

– Это я, что ли?

– Нет, это был президент Америки! Ты полчаса бил кулаками по шлюзовому люку, а я этот факин люк не могла открыть, пока давление не выровняется.

Человек посмотрел на свои руки – костяшки пальцев были ободраны.

– Я думала, у тебя авария, чрезвычайная ситуация, думала, может, у тебя воздух кончается. А тут вваливается такое! Пришлось временно нейтрализовать. – В руках у неё появился пистолет футуристического вида.

– Это что?

– Это? – Она покрутила оружие в руке. – Дистанционный шокер, дальность пятнадцать футов.

И снова диктор с экрана:

«…Правоохранительные органы заявляют, что один из подозреваемых в угоне задержан на месте преступления…».

Показывают клетку, за решёткой которой сидит человек, опустив голову так, что не видно лица.

– Блин, это же Серый! – Человек обеспокоенно обратился к американке: – Мусора-то знают, что я здесь?

– Кто?

– Кто-нибудь знает?

– Конечно. И Москва знает, и Хьюстон.

Я обязана обо всём докладывать на Землю.

– А позвонить отсюда как?

– У меня только спецсвязь – через ЦУП в Хьюстоне или в Королёве.

– Пофиг, на обычный телефон можно позвонить?

– Можно, я семье каждый день звоню.

– Давай.

Девушка протягивает самый обычный с виду телефон. Человек долго вытаскивает из памяти своего бесполезного на орбите мобильника номер – да кто ж сейчас помнит номера – и набирает на космическом:

– Алё, Вован, слышь, Серого менты замели.

Мы с ним вчера в шалмане посидели, нормально так, потом к тебе на дачу собирались, потом я не помню, а щас ящик смотрю – Серого в обезьяннике показывают! Со мной ваще жесть – проснулся хер знает где… Алё, алё… Не слышно ни хера…

Связь пропала.

– Эй, как тебя там? Чё за фигня, связи нет!

– Меня зовут Кэрол, тебе должны были сказать перед полётом. А твоё имя?

– Ваня. Иван, типа.

– Серый – это кто?

– Мой дружбан.

– А почему он сидит за решёткой?

– Мусора повязали – неясно, что ли…

– Ясно, хотя ничего не ясно.

А связь пропала, потому что станция ушла за линию видимости радаров. Позвонить станет возможным только через полчаса.

2.

Во внутренних дворах Кремля всегда тихо. Шум города сюда не доносится никогда. Только вороны каркают. Тот, чьё имя не обязательно произносить, чтобы понять, о ком идёт речь, отошёл от открытого окна к своему месту, во главе гигантской длины стола, и дал знак персоналу, чтобы окно закрыли.