Техотдел. Второй роман трилогии «Хоррор русского захолустья»

Прошлой зимой я пережил болезненное расставание. Не хочу об этом вспоминать…

Впрочем, клиент есть клиент. Я не должен позволять себе лишнего. Досадно было бы испортить деловую репутацию – даже на закате неудавшегося маленького бизнеса.

Я повесил пальто на вешалку, вернулся в свое кресло.

– Итак? – снова начал я, беря ручку и открывая блокнот. Автоматические действия, которые совершаешь, даже когда они не нужны.

Она снова улыбнулась, на этот раз снисходительно. Слегка наклонила голову.

– Не хотите узнать, как меня зовут? – спросила она.

Я начал было невнятно оправдываться, но она махнула рукой и прервала:

– Я вам все равно не скажу. Во всяком случае, пока. Пока не стану вам доверять, как себе.

Слушая ее, я тщетно пытался собрать в кучу мечущиеся мысли. Диалог строился шиворот-навыворот: будто она мозгоправ, а я у нее на приеме.

Взяв себя в руки, я выпрямился в кресле.

– Как хотите, – произнес доброжелательно. – Но если вам нужна консультация или серия консультаций, то нам придется подписать договор об оказании услуг…

– Вы как маленький, – снова перебила она, на этот раз слегка раздраженно.

 – Я вполне смогу заплатить и без договора. Думаю, и вам он не очень-то нужен.

– Клиент всегда прав. – Я выдавил жалкую улыбку студента-троечника, вытянувшего неудачный билет. – Хотите без договора – значит, не будем заключать.

С ее лица мигом исчезли эмоции. Разгладились. Взгляд устремился мимо меня, в пустоту.

– Мне просто нужно поговорить, – сказала она. – Чтобы меня выслушал незнакомый человек.

Внимательно, не перебивая.

– О'кей, постараюсь, – пообещал я.

– Я пришла не за советом, – продолжала она так, будто не слышала. – Мне вообще не нужны советы. Просто хочется высказать накипевшее. – Она перевела взгляд на меня. Теперь он был полон отчаяния.

Я кивнул.

– Сколько у нас времени? – спросила она.

– Сколько угодно, – ответил я. – На сегодня у меня никто не записан.

Она расслабилась в кресле. Ей было удобно. Чтобы клиента не отвлекали неприятные мелочи вроде ноющей спины, нужно обеспечить ему комфортное место.

Это, может быть, даже важнее, чем сама беседа. Поэтому, обустраивая кабинет, я первым делом раскошелился на два глубоких мягких кресла – для посетителей и для себя.

– Я вас внимательно слушаю, – сказал я.

Она откинулась на спинку. Мой взгляд упал на ее грудь. Не большую и не маленькую. Наверняка упругую.

– Мне двадцать три года. Я довольно долго встречалась с одним молодым человеком.