Кровь и чернила

Прилепив к нему заряд С4, диверсант шепнул в рацию:

– 4-4. Это "Снегирь". Взрывчатка расположена.

И тут же пошёл к выходу из лагеря. Пара тихих прыжков – и всё. Дорби не были потревожены; всё, что осталось – это нажать кнопку детонатора, и в рядах дорбисов произойдёт фейеверк.

– Щёлк.

Ошмётки генератора взлетели на воздух. Всё заискрилось. Телевизоры выбило в тот же миг, и пастор Наживка с них пропал. Взрыв пробудил Мэри-Джейн, и далеко не только её. Дорби уже высыпали на лобное место.

Тут же послышались крики.

– Это гнев мистера Наживки! Он покинул нас!

– Знамение! Это само знамение!

– Наживка, помилуй нас, грешных!

И только Мэри-Джейн, обратившись к своим товарищам по несчастью, сказала:

– Я слышала во сне вертолёт.

– Какой вертолёт? Ты богохульствуешь! Какой вертолёт, опомнись! Это всё за грехи!

– Какие грехи? – спросила толпу Мэри-Джейн.

Да, может быть, воровство и грех, но оно-то было во благо… Они ведь спасали Наживку из лап еретиков!

– А вот такие! – крикнул Флекк, кинув в грешницу камень потяжелее.

Он попал в Жака, который побежал на обидчика с кулаками.

– Это всё было спланировано! Чужак взорвал генератор! Чужак взорвал генератор! Чужак взорвал генера… – прилетевший в лоб булыжник прервал её речь.

– Не слушать речи её богохульные!

– Вы что делаете с моей подругой?! – завопил прибежавший Иеремия, но тут его настиг точно поставленный кулак Мисс По, и он отлетел в стену, буквально размазавшись в лепёшку.

Кое-как отлепившись от стены, он увидел, что вокруг завязалась даже более жуткая драка, чем ему казалось ранее – почти все дорби мутузили друг друга. Нужно было срочно спасать Мэри-Джейн, но к тому моменту её уже погребли под грузом камней. Последними её словами было:

– И всё-таки… чужак… всё взорвал…

Произнеся эти слова, подруга Иеремии околела.

Когда Мэри-Джейн оказалась забита булыжниками при огромном стечении народа до смерти, до некоторых дорби начали доходить её слова. "Лесной Кимрон" был разделён на два лагеря: первая часть считала, что повреждение генератора стало следствием грехопадения общины, другая отбросила это суеверие в сторону, считая, что имела место диверсия. Иеремия относился ко вторым. В ход пошли битые бутылки, ножи и огнестрел.