Цветок папоротника. Сжечь сикомору!

Он со вздохом открыл дверь и уже собрался выйти, как увидел на пороге молча стоявшую без движения опрятную пару предпенсионного возраста, держащуюся за руки.

– Здравствуйте, – покорно и одновременно сказали они.

– Вы хотите поговорить о Боге? – спросил их Михаил.

Граждане заискивающе с тоскливой пустотой во взгляде смотрели на Михаила.

– Нет-нет. Извините нас, что отвлекаем, у нас просьба.

– Какая?

– Купите, пожалуйста, нашему сыну квартиру в Москве.

– Я?

– Да. Он у нас очень хороший, добрый, каждый день ездит в Москву, очень устает.

Ему надо квартиру в Москве. Можно не в Москве, а в Мытищах. Если двушку не получится, то можно и однокомнатную.

– А сам не может? В ипотеку взять, например?

– Но это же платить каждый месяц придется много лет.

– Ну да.

– А зачем это нужно?

– Чтобы была квартира своя, там, где он захочет.

– Но может вы лучше вы скинетесь с кем-нибудь, клич по своим кинете? Соберете деньги ему на квартиру? Он так не высыпается…

– Квартиру значит?

– Да.

В Москве.

– Скинуться «нам»? Клич кинуть среди «своих»?

– Да, скиньтесь, пожалуйста, мы очень просим.

– Нет, вряд ли. Извините, я занят.

Он захлопнул дверь, прошел мимо смеющейся коллеги в свою часть кабинета, плюхнулся в кресло, передумав идти в туалет.

– Миш, тут еще один посетитель.

Он откинул взятый в руки телефон, простонал невнятное ругательство и крикнул:

– Входите!

В кабинет вошел мужчина, не совсем еще старик, но желающий казаться таким. Худое лицо выходило из такого же худого тела, узко посаженные серые глаза пристально изучали своего собеседника.

Одет нарочито бедно, вместо пояса веревка, старые брюки, на рубашку опадала длинная седая борода, такая же узкая, как и весь мужчина.

– Здравствуйте, меня зовут Сергей Сергеевич Ворченков. Я общественный деятель и активист. А вас как звать?

– Михаил, очень приятно.

– Хорошее имя, но не русское.

– У вас тоже.

– Это не важно. Я хотел бы поднять с вами один момент, наш микрорайон – это большой частный сектор, благ цивилизации там практически нет.

Одна из точек притяжения – местное отделение почты. Местные жители, особенно пожилого возраста, покупают там газеты, журналы, отправляют письма, платят по счетам. Вы меня понимаете. Отделению этому больше пятидесяти лет и самое ужасное, что внутри него нет туалета. Работницы, молодые девушки вынуждены зимой ходить в уличный туалет. Он старый, покосившийся, весь продуваемый, а им детей еще рожать.