Черный беркут

Затем заведут будильник и по звонку закопают ее. Потому как по большому счету дело связано с криминальной структурой. Они уже там зубоскалят. И даже свои братки втихую посмеиваются – не видел, но чувствовал Блинов. А на нем позор, из слова «авторитет» выбили, как передний зуб во рту, одну букву, самую рокочущую, теперь грозный ранг стал картавым.

Вот твари! Скорее всего, это ментовские гнилые прокладки, их почерк.

Блинов проглотил еще полстакана водки и свирепо оглянулся на открытое окно.

– Чего они там разлаялись?! Вован, иди, крикни на них.

– А толку-то? – Блиновский боевик нехотя поднялся с удобного кресла, пряча злобный взгляд: его при всей братве послали кричать на собак! Он что, крайний, чтобы на нем злость срывать? – Там прохожие ходят, собаки так и будут лаять.

– Ну встань на дороге и гони прохожих, в натуре! Колян, идите вдвоем. Ну что, сука, за день сегодня! С утра маскарад устроили, к вечеру концерт. Только карнавала на ночь не хватает.

Блинов снова повернулся к окну. Собаки во дворе замолкли.

* * *

Печинин и Ремез обошли особняк бригадира слева, Стоценко и Кульков – справа, остальные пять человек, за исключением Сергея Учайкина, который остался с водителем в машине, расположились позади дома. У них было два-три часа, чтобы еще засветло познакомиться с местностью и соответственно подготовиться.

В руках Костя держал «пугало» – фермерский пистолет «тузик» с длинным гладким стволом, заряженный шприцевым зарядом с подпружинным поршнем, который срабатывал при попадании и вводил усыпительную смесь.

Дальность стрельбы шприцем составляла сорок пять метров. Вместо глушителя Костя приспособил на ствол полуторалитровую бутылку из-под воды. В карманах – сигнальные и фермерские оборонительные патроны с резиновыми пулями, входящими в комплект.

– Шумни, Птаха. – Костя просунул громоздкое сооружение между металлическим штакетником.

Ремез поднял с земли камень и швырнул его во двор. Собачий лай, доносившийся с другой стороны дома, стал приближаться. А вот и они – два красивых пса, огибавших угол дома.

Пробежав десяток метров, овчарки остановились, прислушиваясь.

Костя придавил спусковой крючок. Пистолет глухо отозвался коротким ворчливым звуком с небольшим эффектом эха. И сразу вслед за ним раздалось непродолжительное жалобное подвывание пса. Стрелок откинул ствол вперед и вниз, вложив в патронник очередной заряд. Еще один выстрел. Вторая собака, качнувшись сначала в одну сторону, потом в другую, опустилась на землю.