Если враг не сдается

Помимо всего прочего, он был латышом по фамилии Пиебалгс. Звали его чуть мягче – Рудгер, кличка соответствующая – Рудгер Хауэр. Такие же, как у американского киноактера, беспредельные глаза, короткие желтоватые волосы, крепкий подбородок, сломанные уши – видимо, частенько его возили вниз головой по борцовскому ковру.

– Теперь слушай меня отдельно, раз не довелось постоять вместе с разбитой командой на плацу, – жестко выговорил инструктор. – Мне плевать, кто ты и чего натворил – хорошего или доброго, в этой жизни или в той, в которой я намерен покопаться.

Мне плевать, сколько «соплей» на твоих погонах, какую учебку ты закончил, из Москвы ты или из Междужопья. Если я тебе скажу нырять, ты будешь спрашивать «на какую глубину». На первых порах просто потому, что не нравишься ты мне, что попал в команду по щучьему веленью. Совсем скоро я узнаю, посчастливилось ли тебе попасть в самое элитное подразделение, которое я только знаю, или же фортуна повернулась к тебе задницей.

Наверное, этот инструктор имел дар внушения.

Он даже не повернул голову, когда рядом по стойке смирно вытянулся незнакомый курсант.

– Покажешь этому воину все, что ему понадобится на это утро, – бросил он подчиненному. – Потом поведешь его в столовую. Скажешь поварам, чтобы дали ему пожрать. Начнут кривить губы – стукнешь мне. А теперь оба бегом в роту! Чего хлебальник разинул? Исполнять!

– Злой какой-то, – на ходу бросил Литвинов новому товарищу. – Меня Сашкой зовут. А тебя?

– Михаилом, – отозвался раскосый курсант Рахманов по кличке Батый: коренастый, широкоплечий, с длинными сильными руками.

– Слушай, Михаил, мне позвонить надо. Матери. Откуда здесь можно позвонить?

– Вечером что-нибудь придумаем, – обнадежил Батый. – Посмотрим, кто заступит дежурным по части. Если повезет, из штаба позвонишь. Нет – в тренажерный класс проберемся, там у нас компьютеры, даже факс есть. Если он подключен, то звякнешь.

Батый сдержал слово. Когда дежурный по части старший лейтенант Сулейманов пошел ужинать, он проводил Литвинова в штаб.

Подмигнув знакомому сержанту, сидевшему в дежурке, кивнул на телефон: «Можно?» – «Валяй», – разрешил тот.

– Мне по междугородке, – на всякий случай предупредил Литвинов, сняв трубку.

– Блин, ну на хера ты мне это рассказываешь? Ты или звони, или топай отсюда.

Один длинный гудок, второй, третий…

Вряд ли сержант был тактичным человеком. Он скривился, видя, как новенький прижимает трубку к уху и заслоняет ее ладонью.