Группа особого назначения

Кавлис крепко ухватил одного за руку.

– Не бойся, – успокоил он паренька, – я хочу задать тебе несколько вопросов. Ответишь на них правдиво, получишь за это деньги. Смотри, как в американском кино. Видишь десять рублей – они твои. Договорились?

Сейчас пацана деньги интересовали меньше всего, ноги бы унести от этого прилипчивого человека. Но тут свою роль сыграл случай – срубить без труда десятку. Он немного расслабился.

– Я вижу, ты согласен, – одобрил Николай. – Ты знаешь, где ночует Санька?

– Какой еще Санька? – недовольным голосом проговорил пацан.

– Мы так не договаривались, – напомнил Кавлис. – Я говорю о мальчике, которого вы со своим другом хотели избить.

– Я не знаю, где он живет. Честное слово. Я видел его только на рынке, он постоянно тут ошивается.

– Я верю тебе. Но хоть однажды ты должен был видеть, в какую сторону он уходит с рынка?

– Ну, видел. Туда, – пацан указал рукой в сторону улицы Бориса Полевого. – Вы не думайте, мы ему за дело хотели накостылять. И до этого ему попало.

Он побежал в ту сторону, – еще один жест в сторону улицы Полевого.

– А где еще он может подрабатывать, ты не знаешь?

– До этого он пасся на бензоколонке, но оттуда его тоже погнали, все места заняты.

– А где находится эта заправка?

– Да тут рядом, за углом. Больше я о нем ничего не знаю.

Кавлис кивнул. Похоже, паренек не врал и рассказал все. Он дал ему десятку. Пацан принял ее нехотя. Или сделал вид.

Итак, в двух случаях (из двух) Санька уходил в одну и ту же сторону.

Причем оба раза торопился: после побоев и как только получил от Татьяны ампулы с обезболивающим. Напрашивался вывод, что в обоих случаях он направлялся в сторону «дома». А как раз в той стороне находились два лицея.

Нет, неспроста мальчик насторожился во время разговора с Татьяной; и она вовремя вспомнила, что вид у Саньки был такой, словно он проговорился.

Теперь главная задача: посетить оба лицея. Если при них есть подстанции или котельные, поговорить с рабочими, с вахтерами, может быть, кто-то из них вспомнит мальчика, который должен был хотя бы пару раз попасться им на глаза.

Другой вопрос, захотят ли они вообще разговаривать. Удостоверения с тремя грозными буквами на корочках у Николая больше не было, лежит себе в надежном месте в расщелине высоких гор юго-западного приграничного района Таджикистана. Скорее всего так и останется лежать там навечно. Если только судьба снова не забросит бывшего майора спецназа в жаркую страну.