Михайлова: Мессия

Жестокость подростков, обычно, порождается безнаказанностью, в особенности, если это дети влиятельных бизнесменов или чиновников, способных прибегнуть к юридической защите, для которой показания лица без определённого места жительства – не более чем пыль.

Но если так рассуждать, на что надеяться в стране, где идёт война? На гуманность? На миролюбие? Жестокость – плод боевых действий, хоть они и происходят на другом конце страны.

– Угрожал ли кто-то из них вас убить?

– Да, всякие гадости говорили, по-всякому обзывали, но так, чтоб убить.

Вроде бы нет, но, кто эту молодёжь знает, что им в голову взбредёт.

– Кто приносил вам еду в последнее время? Не помните?

Кира задала этот вопрос, не сомневаясь, что бродяг отравили. И отравили именно едой. Осталось дождаться результатов эксперта и тогда о причине смерти будет известно наверняка, но внутренний голос ей всё же подсказывал, что дело здесь именно в ядах. Ведь как ещё можно без особых усилий лишить жизни толпу вечно голодных лиц?

– Приходил!

– Кто?

– Вчера, вечером, мужик какой-то.

– Какой мужик?

– Высокий такой, в длинном чёрном плаще, шляпе и чёрных очках. Принёс пирог.

– Какой пирог?

– С орехами.

– В чём он его принёс?

– В пластиковой такой коробке, как из-под…

– Пирожных?

– Да, в такой.

– И что?

– Принёс, говорит, ешьте, мужики! А то дома холодильник сломался, всё портится, а выбрасывать жалко.

– А вы?

– Ну, мы с друзьями и приняли.

– Ты его ел? – резко спросил Михаил.

– Я нет!

– А почему?

– Н-не успел. Ну, мне нужно было отойти по делам. Попросил их оставить мне кусочек. Вот только вернуться получилось аж утром. А тут это. Ещё и Коля набухался, я его поднимать, от греха подальше, а он ни в какую. Ну, тут вот ваш сотрудник и подбежал, мол, чтоб убирались поскорее.

– И по каким же делам ты отходил, если не секрет?

– Понимаете, отец Савва – настоятель храма, возле которого мы собираемся – у него огромная библиотека.

Там и священные писания, и книги для воскресной школы, молитвенники, песенники, ну, сами понимаете. И полки её постоянно пополняются – то депутаты пожертвуют, то обычные прихожане, кому не жалко. И книги эти нужно, то упорядочить, то даже некоторые перевести. А должность библиотекаря в церкви не предусмотрена, потому всё и ложится на плечи Саввы. Он, в свою очередь, зная о моей былой профессии, иногда просит ему помочь. Ну, а не могу ж я ему отказать.