Имя твое – номер

Не сводя глаз с небольших мониторов и показаний индикаторов записи, он ответил на телефонный звонок Вихляева.

– Восемь минут записи. Понял?

– Восемь. Понял, – по-военному ответил Геншин.

Прошли ровно восемь минут. Оператор остановил запись. На всякий случай синхронизировал все четыре полученных видеофайла вручную, гарантируя отсутствие помех в начале воспроизведения, убрал видеотишину с каждого ролика также в самом начале. На своем оборудовании он, рискуя, включил опцию – пропускать трек, если во время его воспроизведения возникнут ошибки.

Однако смычка «Рапискан» – спутниковое оборудование в плане ошибок синхронизации никогда еще не подводила. Но помехи и появление в кадре в ходе сбоя системы вооруженных людей – почти одно и то же. В одном случае – это плюс группе, которая при сбое срывалась в открытый бой, в свою вторую стихию.

Напоследок Геншин отрегулировал нормализацию сигнала до установленного. То есть исключил возможность отличаться копии от оригинала (в данном случае имелось в виду реальное время), повышения или понижения пикового уровня записи.

Вихляй взял управление процессом на себя. Отсчитав пальцами до пяти, он нажал на сканере кнопку воспроизведения. В тот же миг приемная антенна сняла сигнал с беспроводной связи, а передающая антенна не дала выползти зловещей видеотишине, и сканированные частоты заполнили сразу четыре сигнала.

– Сука! – оператор в машине выругался. – Сука подонистая! – Тщательно выбрав место, Геншин ударил кулаком по металлической стойке. Он сто раз просил Вихляя: «Дай мне нажать на кнопку!» Бесполезно…

Вихляев тем временем убрал «Рапискан» в ранец и первым вышел на свободную от видеонаблюдения зону.

Оператор в доме видел ворота, парковочную площадку, забор, строение КПП, которое чаще всего называли будкой. Но не видел одетого в черную униформу боевика, который отлаженными и сотни раз отрепетированными действиями словно швырнул его на несколько минут назад и заставил смотреть то, что он уже видел.

Дремлющий охранник распахнул глаза в тот момент, когда Вихляй был в шаге от него.

Еще одно мгновение, и лидер группы распахнул дверь. Предупредил его громким шепотом:

– Тихо! Иначе так и не узнаешь, кто я.

– Я знаю, кто ты.

Вихляй обалдел. Он во все глаза смотрел на здоровенного парня лет двадцати семи и в упор его не узнавал. И задал вопрос, на который получил глупый ответ.

– Ты мой наставник, – произнес парень. – Просто я не узнал тебя в маске.

Вихляев довольно громко рассмеялся.