Директива – уничтожить

В частности, они проживали там с 28 по 30 июня и с 16 по 18 июля. Это как раз совпадало с увольнительными Никишина, в журнале записано, что он уходил в город 29 июня и 17 июля. Увольнительные ему выписывал командир роты капитан Дмитрий Романов.

А вот что касается записей в журналы, то 29 июня запись была сделана Каргиным Михаилом Юрьевичем, а 17 июля – Полетаевым Игорем Максимовичем. И тот и другой были убиты Никишиным.

Рябов еще раз вызвал к себе младшего сержанта Сергея Малышева.

– Скажи, Сережа, ты помнишь, когда Антон ходил в увольнительные?

– Мы несколько раз вместе ходили.

– О них ты тоже расскажешь, но сейчас меня интересуют его одиночные увольнительные. Ты что-нибудь знаешь о них?

– Знаю, что к нему приезжали, а кто, он не говорил.

– Он скрывал это?

– Как вам сказать? Я, конечно, спрашивал, но он ушел от ответа. Мне показалось, что он ходил к девушке.

– А как он ушел от ответа, не помнишь? Что сказал?

– Постойте… По-моему, сказал, что ходил к знакомым.

– К знакомым или к знакомому? Это очень важно.

– Я могу ошибиться, но, кажется, он сказал во множественном числе.

– Что, оба раза?

– Нет, только в первый раз.

– А во второй?

– Во второй раз я не спрашивал. Это его дело, правда?

– Конечно. А ты не замечал, приходил ли он навеселе с увольнения?

– Нет. Ну… может быть, легкий запах был. Скорее всего пива.

– Как ты думаешь, у него были твердые намерения убить прапорщика Шляха?

– Вряд ли, ведь потом он сказал, что подумает.

– Он же говорил, что собирается застрелить его из автомата?

– Наверное, это я спровоцировал его. Антон хотел «поработать» с ним на ножах, а я назвал его слабачком. Тогда Антон сказал: «Значит, я застрелю его».

– А его знакомые, они не были кавказской национальности?

– Я о них ничего не знаю.

– Ну что ж, спасибо, Сережа.

После этого разговора Рябов вызвал к себе капитана Романова, командира роты Антона Никишина.

– Мне показалось интересным вот что, – начал разговор подполковник.

 – Во время последних двух увольнительных Никишина ваша рота, капитан, заступала в караул, и оба раза вы назначали начальником караула своего заместителя, старшего лейтенанта Бойко.

– Ну, во-первых, назначаю не я, это утверждается приказом заранее: заступить в караул тогда-то и тому-то. – Голос командира роты звучал с едва различимой хрипотцой. Рябов, вглядываясь в суровые черты лица Романова, сделал неожиданный вывод: хрипотца шла капитану.