Особо охраняемый объект

Он поторопился покинуть помещение, где остались три трупа.

Глава 4

СЫРАЯ ЛЕГЕНДА

1

Москва, июль 2007 года

Красин, Ленарт и Поляков в управлении были известны не меньше, чем Эмерсон, Лайк и Палмер у себя на родине. Красин и Поляков сидели в кафе на Кузнецком Мосту, когда позвонил Ленарт. Красин назвал адрес заведения и, когда связь с Ленартом оборвалась, ответил на немой вопрос товарища:

– Вадим нарыл что-то по Эбелю.

Так называемое «дело Эбеля» находилось в разработке отдела контрразведывательных операций четыре месяца.

Неофициально работу над ним Красин, Поляков, Ленарт не прекращали. Главная проблема – не было выхода на Анвара Эбеля. Будущий миллионер с малых лет проживал в Каире, хотя имел французские корни – его дальний родственник был французским биохимиком, профессором. И даже тот факт, что родственник Эбеля являлся с конца восьмидесятых годов иностранным членом Академии наук СССР, а позже иностранным членом РАН, все равно не давал выход на него.

Ленарт оставил свою машину на парковке возле дома, на место встречи приехал на метро, сэкономив добрых сорок минут.

Заказав пива, приступил к делу:

– В Каире есть Центр молекулярной генетики. Существует он пятнадцать лет. Все эти годы им заведовал один человек по фамилии Хассид.

– Он вхож в круги Эбеля?

Ленарт поморщился от новодеревенской лексики Красина.

– Это нам и предстоит выяснить, – тоном неутомимого человека сказал он.

Сергей развел руки в стороны, недоумевая и вопрошая одновременно. Он был руководителем группы, исполнял обязанности аналитика; полковничьи погоны он получил год назад, едва ему исполнилось двадцать восемь.

Ленарт и Поляков имели на две звезды меньше и были на пару лет младше.

Настроение у Красина было хорошее, несмотря на то что утром он пролил на себя кофе, а на лобовом стекле машины обнаружил свежие следы птичьего помета.

– Расскажи о Хассиде, – попросил он товарища.

– Хассид, можно сказать, стажировался в России. Был вхож в московский Центр молекулярной генетики, – с капелькой яда акцентировал он.

– То есть Хассид работал в нашем Центре?

– Ровно год. Потом началось самое интересное. Московские генетики закупали оборудование за рубежом, заказывали его в российских фирмах. У Хассида слюни текли: в Каире у него было сносное здание для лаборатории, но не было спонсоров, денег, чтобы превратить его в частный центр, как это сделали наши.

– Хассид нашел деньги?

– Ему открыли кредит в банке «Северсталь Инвест».