Особо охраняемый объект

Благо там у него стояла наготове машина, в перчаточном ящичке имелся паспорт с шенгенской визой, в салоне было много места, чтобы уместить в нем деньги.

Алмаз…

«Шаммурамат» найдет себе место возле сердца, во внутреннем кармане пиджака.

Рашид не рискнул взять курс вдоль берега. Он взял строго на юг, на остров Олерон, чтобы пройти между ним и материком, а дальше останутся каких-то жалких двадцать – двадцать пять километров…

Катер, который он арендовал, развивал скорость до пятидесяти узлов, значит, меньше чем через час он будет на месте.

Он бросил последний взгляд на яхту, увидел женскую руку, свисающую с борта.

«Бедная, глупая Камелия», – вздохнул Рашид.

Он сам стал у штурвала, завел двигатель и взял курс на центральную часть острова. Он не слышал, как выругался его помощник. Тот, глядя на обреченную яхту, вспомнил о своем ноже. Когда помощник отрезал веревку, чтобы связать ювелира и Анвара Эбеля, он воткнул нож в наборный пол яхты.

3

Анвар, придя в себя, первым делом ощутил крен яхты.

Затем его взгляд наткнулся на нож, торчащий в полуметре от его головы. Изловчившись, он подполз к ножу, сел, опустив связанные руки. Стараясь не давить сильно, чтобы не свалить нож, он стал делать ритмичные движения вверх-вниз. Он не видел результатов своей работы, но ощущал их. О Камелии он не думал. Лишь представил ее на палубе с распростертыми руками в луже крови, растекающейся под ней, – и угадал.

Он бросил только один взгляд на ювелира, но и его хватило, чтобы понять: шестидесятипятилетний парижанин умер раньше, чем через кингстоны начала поступать вода.

Лишь бы нож остался в горизонтальном положении. Анвар молил бога оставить все как есть. Синтетический трос толщиной в палец был крепче стального троса такой же толщины. Анвар мысленно подсчитал, что сумеет освободиться… с первым глотком соленой воды, хлынувшей в кают-компанию.

«Мневис» не торопился на дно. Анвару Эбелю показалось, прошло слишком много времени. Но вот лопнула под давлением клинка последняя крученая нить… и словно стеганула по запястьям.

Анвар сорвал с себя остатки пут, не без труда вытащил нож из пола и, как был на коленях, подполз к выходу.

И только тогда вода, которая билась в иллюминаторы, ворвалась в кают-компанию через дверь.

У него волосы на голове встали дыбом, когда вместе с потоком в помещение вплыла Камелия. Она чуть задержалась на верхней площадке, затем, достигнув края трапа, устремилась вниз.

Она была еще жива.