Слабое звено

Там Амдалов вел опрос жильцов из ближайших домов, ибо все они, как мухи на засахаренное варенье, слетелись сюда. Следователь отозвал оперативника в сторонку.

– Не нравится мне жена Санникова.

– В каком смысле? Она вроде бы ничего.

– В том смысле, – Рашидов повысил голос, – что ее муж в комнате мертвый, а она на кухне, и в глазах ни слезинки. Всем было бы легче, если бы она не приезжала. Но она приехала. Зачем? Чтобы на нее, кагытся, обвалился потолок? Единственная ценная вещь в квартире покойника – автоматный патрон.

Неприятности одна за другой валились на голову следователя. Во-первых, автоматный патрон оказался не 5,45-миллиметровым, а специального калибра 5,66 миллиметра, то есть для подводной стрельбы. Такие патроны применяются в специальных унифицированных автоматах Калашникова, состоящих на вооружении в диверсионно-разведывательных отрядах. В сарае нашли стреляные гильзы от высокоскоростного пистолетного патрона того же назначения.

«Вперся!» – восторгался собой удрученный следователь.

Поймав свое отражение в зеркале, отметил отличительные черты пессимиста и неудачника – направленные вниз уголки губ и глаз.

Теперь Рашидов прикидывал, дадут ему довести это дело до конца или нет. Если не дадут, то каким способом. Лучший вариант – остановиться на предварительной версии пьяного беспредела. С патронами для подводной стрельбы можно опуститься очень и очень глубоко.

Опрос жильцов близлежащей двухэтажки показал, что последние день-два Юрий Санников стал хорошо одеваться, это подтвердила новая фирменная куртка в квартире покойного капитана; жил на широкую ногу, об этом говорили бутылки из-под виски и местного «Абсолюта».

Два раза он пользовался катером соседа. Куда ходил на нем? Исходя из просьбы, за цветметом на Приветливый. Как бы то ни было, но поездки на катере так или иначе изменили жизнь моряка.

Поздно вечером после оперативного совещания Рашидов остался один на один с начальником отдела майором Санжаровым.

– Я предлагаю похерить улики, – заявил Усман, – изъять из дела документы о производстве экспертизы и закрыть его по причине смерти подозреваемого. Зачем нам лишняя головная боль?

Санжаров, коренастый, с угрюмым лицом, молча прошелся по кабинету. Заложив руки в карманы брюк, посмотрел во двор отдела, загаженного строительным мусором.

– У меня есть другое предложение. Давай вызовем начальника УФСБ и поговорим с ним.