Спецназ не сдается

Со спины кажется, что он беспощадно избивает кого-то.

Трактет.

Хорошее словечко прилипло.

Бобров, в повседневном кителе, начищенных до блеска ботинках, здоровался за руку с одним из троицы – чернобровым, кареглазым, одетым в деловой серый костюм и роскошные светло-коричневые ботинки модели «мокасины». Модный парень, современный; и надоедливое слово вдруг малость изменилось: трахтет.

Начальник разведотдела Каспийской военной флотилии – он же заместитель начальника штаба по разведке, – приветствуя второго гостя базы, широко улыбался ему как старому другу, с которым не виделся двадцать лет.

«Двадцать лет спустя». Играть отрывисто.

Третий. Также одет с иголочки. Выправка военная, под пиджаком угадываются крутые мышцы: бицепсы, трицепсы. Что там еще? Двуглавые, треглавые. Нет, это вроде бы одно и то же. По виду – нерусский, лицо смуглое от природы, нос крючковатый, анализировал местный наблюдательный разведчик. Кавказец. На дагестанца или чеченца не похож.

Грузин, осетин, абхазец? Черты лица крупные, в неподвижных глазах застыла коровья тоска. Побрит гладко; однако чернильная густота на щеках и подбородке обещала к утру превратиться в сапожную щетку.

Глядя на смуглолицего, каперанг в последний раз трансформировал прилипшее и немного развлекшее его слово: теракт.

«Хоре!» – оборвал себя Бобров. Иначе посчитают за глупенького. Им же невдомек, отчего улыбается офицер морской разведки.

Настроившись на разговор как на вербовку, Олег Васильевич, бывший подводник (последняя должность на АПРК – командир дивизиона движения), пригласил гостей в кают-компанию базы – святая святых, где офицеры общаются только по именам и ведут этакий светский образ жизни, делают ставки, играют в карты, обсуждают, чего греха таить, слабый пол.

Группа «Гранит» базировалась на двухпалубном дебаркадере с парой ниток понтонов, у которых были ошвартованы с десяток моторных ботов и катеров. А плавбазой морского спецназа служило вспомогательное судно (одно из трех, включая катера обеспечения).

Из окон кают-компании, выходивших на рейд, были видны боевые корабли. Утро. Команды заняты приборкой. Легкий бриз доносит из приоткрытого окна переливчатую трель боцманской дудки. Это с «Игривого», угадал Олег Бобров. Боцман «Игривого», на зависть коллегам, имел старинную боцманскую дудку – именно боцманскую, а не офицерскую, с мундштуком, трубкой, шариком с отверстием.