Тень летучей мыши

Они выходили из автобуса, и Глушков машинально отмечал, во что они были одеты: теплые куртки, больше походившие на укороченные чапаны – стеганые халаты, и зауженные книзу брюки.

Справа от здания показался еще один погрузчик, но другого, ковшового типа, Его ковш, расположенный спереди, был поднят высоко, выше кабины, и водитель смотрел вперед из-под этой механической брови. Погрузчик подъехал и развернулся так резво, что едва не опрокинулся. Водитель привел в действие гидравлику, вываливая на землю камни – все, как один, с острыми гранями.

Целую груду камней. Не верилось, что такое количество могло уместиться в ковше. Погрузчик тем временем развернулся и поехал за новой порцией.

Глушков и Бакулев поняли все, но гнали прочь страшные мысли, отчего все они оказались незаконченными, как обрывки газеты.

Бакулева первым повалили на землю. Двое узбеков держали, насев на него, третий занимался его руками. Срезав стягивающий запястья хомут, он связал их спереди веревкой, подергал ее – узлы держали крепко.

Русских подняли на ноги одновременно. Ни секунды паузы. Они даже не успели обменяться взглядом, как виловый погрузчик оказался в метре от них. Водитель поднял вилы на такую высоту, чтобы облегчить работу товарищам; тем оставалось только удерживать руки пленников над головой. Он подал машину вперед, и когда вилы прошли между руками пленников, он тут же поднял их и изменил угол наклона. Все. Теперь русские не могли сорваться с вил, разве что скользнуть ближе к подъемному механизму с его толстыми цепями.

Водитель тем временем отрегулировал высоту так, что ноги пленников едва касались земли. Они могли только чувствовать ее, и это походило на удушье.

Толпа взрослых расступилась, давая дорогу детям. Их было тридцать четыре. Они подходили со стороны каменной кучи и казались высокоорганизованным существом, не раз выполняющим эту работу. Каждый из детей, возраст которых колебался от двенадцати до четырнадцати лет, брал камень и, выбрав жертву, бросал в нее с расстояния трех-четырех метров.

Потом возвращался за новым снарядом.

Первый же камень, брошенный рослым мальчиком, рассек Глушкову лоб. Кровь потекла по лицу, заливая один глаз. Второй камень попал в плечо. И началось. Частота попаданий нарастала, пока не достигла пика, при котором камни летели каждые две секунды. Ни Глушков, ни Бакулев не видели и не слышали, как вернулся погрузчик и пополнил арсенал.