Игра по своим правилам

Книга упала на пол и открылась на странице, которую Анастасия Павловна так и не успела прочитать:

«Я знаю, вы сочтете меня подлецом. И окажетесь правы: я и впрямь подлец. Я знал, что будет, и все-таки не смог удержаться».

Дыма было столько, что огонь погас. Лишь тлела и тлела вата. Соседи забили тревогу лишь под утро. Вначале появились пожарные и предварительно определили причину возгорания. Потом приехала милиция и «Скорая помощь». Они с большей точностью определили причину смерти бывшего военврача.

А совместные выводы прозвучали как приговор: смерть из-за собственной неосторожности, по халатности.

11

Испания, 7 июня, вторник

Мягкий, словно оберегающий глаза, солнечный свет струился по каменной кровле террасы. Из нее открывался роскошный вид на голубую лагуну, обрамленную чистым белым песком, с неохотой отдающим свое тепло загорающим на пляже девушкам. Они отдыхают под звуки моря и доносящиеся из бара неаполитанские мелодии.

Лолита по гороскопу – Рыба. Девушка редко бывает веселой, чаще грустит. Оттого, наверное, ее смех необычно красив, в нем отчетливо звучит арфа. Николай Кокарев из той же водной стихии. И если Лолка вышла из воды подобно нимфе, то Николай вылез натурально раком.

– Вторая экспедиция в никуда, – проворчал он. – Вдруг меня убьют, а у меня дома дел невпроворот. Джеб, куда ты все время смотришь? – Не оборачиваясь, Кок указал большим пальцем за спину: – Одна девушка моя, а вторая уже давно не твоя.

Только не говори, что Лолка часть твоей жизни и ты не можешь забыть ее… Ну все, немая сцена: «Герасим без звуковой карты». – Николай переключился на начальника. – Абрамов существо противное дальше некуда. Я по ночам его голос слышу: «Если ты парень башковитый – сам себе все добудешь. А дурак – хоть кристаллический шлем нацепи, все равно не поможет».

– Кок, заткнись, а? – лениво цыкнул на товарища Блинков.

 – Ты как парикмахер.

– Ну правильно! На художника каждый может рявкнуть.

Агентурная группа капитана Абрамова расположилась за продолговатым столом. Узорчатый навес защищал молодых людей от солнца. Эта терраса считалась административной частью отеля. Вход в нее один, из приемной патрона. Александр Абрамов вышел ненадолго, за что и поплатился.

– Знаете, что нам скажет Абрам на прощанье? – продолжал ворчать Кокарев.