Приказ обсуждению не подлежит

Сирийские же танковые дивизии поворачивают на юг, наступая по прибрежной долине на Тель-Авив… [2 - Марк Штейнберг. «Независимое военное обозрение».]

«Авантюра?» – спросил себя генерал. Да – если бы не один существенный факт – наличие целой палестинской армии внутри страны. Он и обуславливает очевидную реальность войны с перевернутым фронтом, срыв мобилизационных планов…

Основная группировка сирийских войск расположена в южной части страны, а с началом военных действий оголится и западная часть – побережье, основные силы ВМС будут переброшены на юго-запад.

Из пятнадцати вертолетов в районе Латакии останется пара и ни одного танкодесантного корабля. Лишь батареи противокорабельных ракетных комплексов останутся на своих местах.

Генерал даже посмотрел в окно, выходящее на Пречистенку. Он словно надеялся разглядеть колонны танков, двигающихся маршевой скоростью в сторону Израиля, и – пустынный берег в районе сирийского порта Латакия…

Он подумал о том, что визиту главы бундесвера в Россию будет предшествовать визит самого Боровича в Германию.

Через пять дней – в среду, 24 марта – Александр Анатольевич ступит на немецкую землю как частное лицо. А встречать его будет группа из отдела боевого планирования управления «М».

3

29 марта 2004 года, понедельник

…Полковник Михаил Артемов не оправдывался, не напирал, он просто излагал факты, большая часть которых не могла быть подтверждена документально, разве что подкреплена свидетельскими показаниями. За два часа он ответил на множество вопросов.

Все они, разумеется, касались генерал-полковника милиции Кудряшова и его убийцы – морского пехотинца Николая Ильина.

– За день до убийства замминистра Кудряшова вы встречались с Николаем Ильиным?

– Да.

– О чем шел разговор между вами и Ильиным?

– Это конфиденциальная информация.

– Допустим, таковая имела место, когда вы беседовали с ним в спецвагоне. А три недели спустя Ильин говорил о своих планах?

– Нет.

– Разве?

– Скажем так: я мог догадаться о его намерениях.

– Могли догадаться или догадывались?

– Ильин был единственным человеком, кто мог доказать вину генерала в смерти спецназовцев. Не перед следствием, не перед судом… Он сказал: «Я не хочу, чтобы все об этом знали, я хочу, чтобы знал ты».

– Простой матрос обращался к вам, старшему оперативному офицеру военной разведки, на «ты«?

– Такая форма общения устраивала нас обоих.

– Мы сделаем выводы из ваших слов.

– Не сомневаюсь.