Большое голодное путешествие

Когда ты бредешь с родителями по жаркому южному городу, наступаешь на упавшие абрикосы, – и вдруг, неожиданно появляется море… Когда, проехав сотни километров по незнакомой дороге, ты уже так проголодался, что начинаешь изучать дорожные знаки… и, вот, наконец, показываются, вырастают заветные «ложки-вилки». Ожидание, когда папа вернулся из командировки, начинает распаковывать вещи, а они пахнут, пахнут чем-то вкусным…

Поймал себя на мысли, что большинство моих детских воспоминаний, так или иначе, связано с едой. Нет, я не был голодающим беспризорником.

Меня кормили, как говорится, «на убой». Кормили обильно и правильно. Но кому интересны в юном возрасте мамины борщи и котлеты, бабушкины пирожки и плюшки? Их начинаешь ценить лет в тридцать, тридцать пять. А в детстве у каждого нормального человека – неутолимая жажда познания. Как у шкодливого щенка. Казалось, вот – она, миска, полная правильной и полезной еды! Калории, витамины, белки, жиры… Ешь – не хочу… А чего в такой момент больше всего хочется? А хочется – заползти в какую-нибудь недоступную щель, под забор, в подвал, на чердак, подбежать к мусорному баку… Высмотреть, вынюхать, учуять, урвать неизвестную гадость. Косточку, фантик, шкурку… Сцапать, сожрать, проглотить… Предвидя неминуемое «фу!», «нельзя!» Предчувствуя оплеуху или резкое одергивание поводка… Это, наверное, наивысшая радость, это необъяснимое восторженное чувство утоленной жажды познания. Помню, что я постоянно хотел есть. Чувство голода было нескончаемым, перманентным. Я не находил в этом никакого криминала. Обычная физиологическая потребность, просто немного сильнее чем у других. «Ешь, пока рот – свеж! Завянет – ни на что не заглянет», – постоянно говорила моя бабушка. И я следовал ее совету. То есть, ел. Но есть нормальную, правильную еду было неинтрересно. Скучно и тоскливо. Другое дело – на стороне. Где угодно: в гостях, в походе, на пляже, в машине, на вокзале, в поезде, в школьной столовой… А если жизнь преподносила приятные сюрпризы в виде загородной шашлычной, придорожного кафе, или, чего доброго – приличного Р Е С Т О Р А Н А. Наступал блаженный миг осознания того, ради чего стоит жить на земле.

К чему это я? То есть, ради чего вся эта философия? Возьмем современного ребенка. Поймет ли он всю эту белиберду: «Жажда познания… состояние ожидания…» У современных детей – совершенно иная жажда познания. У них свой путь, и винить их не за что. А у меня – свой. И у этого пути были свои вехи. Как у самого обычного пути.