В бою антракта не бывает

– Как вы туда попали?

– Не поняли еще? Я же говорила: по вашей милости. А еще по милости Сергея Каменева. Алло? Алло? Идиот! Сволочь, бросил трубку!

Ирина тихо выматерилась: рассказала все, кроме одной вещи – смерти Сергея.

Минутой позже она представила Дамира Гурари на пути к главку. Большой милицейский чин приветливо встречает его...

3

Дамир прошел в спальню. Покачав головой, направился в кабинет. Устроившись за рабочим столом, он развел руками: «Какого черта она бросила трубку?» Когда позвонила Ирина, он еще не завтракал, не вставал с постели.

Только сейчас отметил время: без четверти семь. «Отличное начало дня», – проворчал он, раскуривая натощак трубку. Поначалу он, услышав голос Ирины, рассчитывал нарваться на грубость, оскорбления, забыл о свежей информации. Почти все новостные каналы начинали вещание с одной новости: расстрел караульных, побег особо опасных преступников и захват заложников в Верхних Городищах. Эти новости прошли бы мимо, если бы не упоминание в очередном репортаже знакомой фамилии.

Об Ирине Андриановой адвокат постарался забыть, но тому мешал сын, при взгляде на которого рядом невольно возникал облик Ирины. Становилось стыдно за себя, будто стоишь на пороге чужой спальни. Нет, жалко никого не было, ни сына, ни тем более его любовницу, просто стыдно, и все. И еще что-то, какая-то невидимая глазу червоточина. Впрочем вполне даже видимая, написанная бледными красками на лице сына.

– Ты выгнал ее, да?

– Просто посоветовал ей уехать.

– Это не одно и тоже?

– Сядь, поговорим спокойно.

– Я не могу говорить спокойно, когда влезают в мою жизнь!

– Ты забыл добавить «кто-то».

– Пожалуйста: «кто-то».

– Но этот кто-то твой отец. Пока еще я имею право влезать, как ты выразился, в твою личную жизнь. Пока не закончишь институт.

– Да?..

– Да, – ответил Дамир, словно передразнил сына. – Твоя Ирина уже имя твое забыла.

– Зато не забудет моего отчества.

Дамир не нашел ответа.

Первый серьезный разговор на серьезную тему.

Может, раньше надо было вести какие-нибудь профилактические разговоры? Но обстоятельства и дети меняются так быстро.

Теперь встал еще один вопрос: говорить Игорю о происшествии в Верхних Городищах или нет. Сказать – станет приставать с глупыми просьбами: помоги.

Чем?

Пару дней назад ответил бы: «Могу нарочным послать ей еще тысячу». А сейчас после двух-трех незапланированных разговоров с сыном призадумался и не мог найти ответа.